(Опубликовано в журнале "Политика и Общество", №9, 2011)

28/11/2011

Коммуникация социальной среды и футбольной организации может быть рассмотрена в двух направлениях. Во-первых, нельзя отрицать значимость исторического подхода при изучении такого феномена, как футбольная организация. Беглый взгляд в историю футбола выявляет его глубокие связи с обществом. Так, практически все футбольные команды на территории бывшего СССР формировались вокруг более развитых социальных структур («ЦСКА» — армия, «Динамо» — ЧК, «Локомотив» — железнодорожники и т.д.), что до сих пор не забыто ни болельщиками, ни спортивными комментаторами. Подобные связи характерны не только для постсоветского пространства. Например, в основе одного из старейших футбольных противостояний шотландских клубов «Селтик» и «Рейнджерс» лежит религиозная распря между католиками и протестантами и др.

История и традиции отдельных клубов имеют немаловажное значение для болельщиков. Примером тому может служить покупка футбольного клуба «Челси» Р. Абрамовичем. Ирония этого события вытекает из сложившихся традиций поддержки команды, фанаты которой славятся своими антисемитскими настроениями.

Другим, более глобальным подходом, является рассмотрение футбольной организации как субъекта, выражающего общественное мнение и зону концентрации социальных проблем. Отмечаемый исследователями кризис традиционного представления о мужественности требует переведения таких категорий, как «борьба», «противостояние» и др. в новые формы, соответствующие актуальным социальным реалиям. На смену войнам, которые человечество уже не ведет в прежнем масштабе, и бросанию вызова силам природы или освоению новых территорий приходит спорт.

Футбол становится новым символом мужественности, формируя в человеческом сознании образ молодости и силы. Концептосфера футбольной субкультуры обретает тесную ассоциативную связь с имиджем сильного, уверенного в себе мужчины. Ф. Фоер отмечает, что в связи с распадом патриархального жизненного уклада «люди отчаянно стремились вновь утвердиться в своей мужественности. Эту возможность им и предоставлял футбол» .

В зависимости от актуальных социальных вопросов, болельщики демонстрируют ту или иную идеологию. По мнению Фоера, основными являются следующие три: 1) национализм, 2) антисемизм и 3) столкновения на религиозной почве. Образ спортивной среды, формируемый СМИ отличается от того образа, который формируется внутри субкультуры.

А. Маннанов отмечает, что «в России сложилось крайне негативное отношение к футбольному фанатизму, навеянное истеблишментом. Благодаря глубоким корням "совкового" мировосприятия фанат воспринимается как хулиган. Но футбольный фанат — это не всегда хулиган, или, по крайней мере, не хулиган в первую очередь. Футбольный фанат — это человек, являющийся носителем саппорткультуры* со всеми ее принципами и ценностями, ее специфической практикой и глубоким символизмом» . Под саппорткультурой автор понимает традиции взаимовыручки и поддержки единомышленников, а также способность защитить (в т.ч. и в бою) свои идеалы.

Интересный взгляд субкультуру футбольных фанатов приводится в справочнике «Молодежные субкультуры Санкт-Петербурга», где авторы, вопреки сложившейся традиции, не считают футбольных хулиганов, асоциальной субкультурой, подчеркивая, напротив, что их «обыденное поведение не отличается от поведения других людей ... они такие же люди, как и все» . Описывая особенности данной среды, авторы характеризуют агрессивность футбольных хулиганов, как явление, подчиняющееся строгим регламентированным правилам, целью которых является повышение рейтинга отдельных команд.

В первой главе, вслед за Й. Хейзингой и другими исследователями, мы пришли к выводу, что именно «спортивность» во многом определяет модель отношений в современном обществе. Дух борьбы и стремление к победе переносится из области и семантики военных действий в концептосферу спортивного состязания, где основной целью является воля к победе, а не она сама. Отмечается широкое проникновение слов с военной семантикой в лексику принятую в среде участников футбольного пространства. Эмоциональная вовлеченность в борьбу избранной команды за победу в подобном дискурсе может быть рассмотрена, как эрзац религиозного служения общественному мифу.

Е.А. Васильев, в статье «Смысл и назначение футбола в культуре» сравнил его со священным Граалем: «как в средневековье искали священный Грааль, так и сейчас города и нации посредством своих героев добывают псевдограали — различные кубки. Футбол вокруг своего сакрального символа — Кубка Мира сумел создать самую напряженную мифологию, превратившись таким образом в псевдорелигию» . Исследователь полагает, что такое значимое место в культуре человечества футбол смог занять вследствие процесса демифологизации сакральных мифов, благодаря зрелищности игры, а также соотношению элементов случайности и расчета. Он отмечает, что «течение, рисунок и драматизм футбольного поединка лежат близко к экзистенциальным ценностям человеческого бытия» .

В эпоху глобализации, когда национальные ценности постепенно обезличиваются, на первый план выходят культурные универсалии, одной из которых является мужественность. Как пишет об этом Т.И. Ойзерман: «несомненной универсалией культуры является свойственное всем народам восхищение смелостью, мужеством, самообладанием перед лицом смерти, так же как презрение к трусости» .

Одним из важным аргументом для характеристики взаимоотношений социума и футбольной субкультуры, а также ценности последней как проявления мужественности может служить «матч смерти». Независимо от исторических реалий (на данный момент считается , что «матч смерти» является пропагандистской легендой), жизненность мифа о героизме советских спортсменов, не поддавшихся приказу проиграть матч со стороны фашистских оккупантов, являет собой эталон представителя футбольной субкультуры, тогда «наши спортсмены продемонстрировали высокий советский патриотизм и несокрушимую волю к победе» .

Соотнесение военного и спортивного дискурса в контексте мировой войны особенно значимо, поскольку позволяет предположить универсальность спортивных категорий безотносительно социального контекста. Жизненность мифа о «матче смерти» показывает, что в сознании советского человека времен 1940-х гг. спортивные ценности соотносились с категорией мужественности не в меньшей степени, чем в современной культуре мирного времени.

Универсализм футбольной культуры подчеркивается также традицией преемственности, характерной для фанатского движения во всем мире. «Старые хулиганы оказывают содействие своим преемникам, поскольку испытывают ностальгию по временам собственной юности. Мало того, они почитают это своим долгом» , — пишет Ф. Фоер, рассуждая об английской и американской традициях футбольного фанатизма. Независимо от него, А. Маннанов в воспоминаниях о своей фанатской деятельности отмечает, что «хорош футбольный фанатизм … тем, что здесь сильны традиции преемственности. Лучшие люди уходят, оставив достойную смену» .

Как было показано в первой главе, футбольная организация характеризуется неоднородностью и неоднозначностью иерархической принадлежности, поскольку критерии, определяющие положение и авторитет того или иного элемента, расплывчаты и по-разному определяются самими фанатами. Однако, популярность этой среды очень велика. По данным социологических опросов, более 40% населения России следит за чемпионатом мира по футболу, что позволяет говорить не только о ценностях отдельно взятой обособленной субкультуры, но о категориях, значимых для общественного сознания вообще.

В апреле 2010 года был опубликован разработанный Российским футбольным союзом «Кодекс чести российского футбола». Этот документ интересен сразу в нескольких направлениях. Во-первых, там обозначены границы футбольной организации — приведен список категорий, к представителям которых направлен данный документ. Всего этих категорий 7 и они объединяют людей из самых разных социальных групп и профессиональных интересов.

Эти группы, по мнению разработчиков Кодекса, таковы: 1) Игрок, Тренер, Работник команды; 2) Судья, Инспектор, Агент; 3) Фанат, Болельщик, Любитель футбола; 4) Губернатор, Собственник, Президент клуба; 5) Президент РФС, 6) Член Исполкома РФС и Член РФС; 7) Лиги и Ассоциации. Подобную неоднородность отмечает также К.С. Березовский, он пишет: «субкультура футбольных фанатов объединяет людей абсолютно разных, но с общей идеей и общими пристрастиями. Род занятий фанатов может быть различным: в группировке и студенты ВУЗов, и учащиеся профессионально-технических училищ, и частные предприниматели, и рабочие, и люди без определенных занятий» .

На основании подобной популярности и неоднородности футбольной субкультуры можно сделать вывод, что образуемая футбольной организацией среда является субкультурой открытого типа. Ее популярность свидетельствует о том, что ценности субкультуры не вступают в конфликт с доминирующими социальными ценностями, более того — представители футбольной субкультуры разделяют и деятельно утверждают означенные ценности.

Однако футбольная субкультура признается большинством исследователей как девиантная. Это расхождение побуждает нас обратиться к широкому определению девиации, которое предлагает известный английский социолог Э. Гидденс. По его мнению, «девиацию (отклонение) можно определить как несоответствие имеющейся норме или набору норм, принятых значительной частью людей в группе или обществе. Ни в одном обществе невозможно провести линию и просто разделить всех на тех, кто отклоняется от норм, и тех, кто им следует» .

Подобное определение побуждает нас к определению критерия нормы в отношении понятия «ценности» в современной культуре. Наследие «века науки» приучило человека формулировать ценностные категории в дискурсе рационального подхода, однако в обществе потребления главной ценностью являются не причинно-следственные связи, а переживаемые ощущения, вызываемые эмоциональными движениями. Так возникает набор образов, являющихся ценностью для общества спектакля .

Это наблюдение подтверждается исследованием А. Печуриной, которая, исследуя фотографии, сделанные во время чемпионата Европы по футболу 2004 года, отмечает, что «большее трети анализируемых фотографий … посвящено демонстрации эмоций. В большинстве случаев игроки радуются забитому мячу, но нейтральные снимки, снимки с переживанием, напряжением и недовольством субъектов также нередки» . Исследователь полагает, что основная мысль, передаваемая при помощи трансляции, может быть сформулирована как связь работы и победы. Этот вывод соотносится с ценностями субкультуры футбольных фанатов, которые осуществляют деятельную поддержку избранного клуба.

С точки зрения рационального подхода девиантность футбольной субкультуры является очевидной, очередным доказательством чему являются события на Манежной площади декабря 2010 года, когда футбольные фанаты выступили с националистическими лозунгами и протестовали «наглого поведения кавказцев», убивших в драке одного из болельщиков «Спартака». Однако примечателен тот факт, что после этого выступления в блогосфере и СМИ прокатилась волна антикавказских настроений, уже безотносительно футбольного дискурса. Например, в сообществе живого журнала, посвященному обсуждению политической жизни России, в сообщении «Манежная площадь 2010» футбольные фанаты не упомянуты, а требования фанатов представлены как актуальные социальные проблемы, требующие немедленного решения .

Как уже отмечалось ранее, подход к выступлениям футбольных фанатов как к выражению общественного мнения уже стал традиционным. Однако на сегодняшний день этот взгляд на эту проблему не является ни единственным, ни основным. Футбольные болельщики все меньше ассоциируются в общественном сознании собственно с футболом, события на Манежной площади рассматриваются как «поворотная точка в истории России». Одним из важнейших тезисов, характерных для данного осмысления проблемы, является констатация того факта, что «после 11 декабря 2010 года Россия пребывает в новой реальности» . В большинстве аналитических статей, посвященных данным событиям, футбол также не упоминается, зато ставятся социальное и политические проблемы, такие как оппозиция, «закулисье» и «постсоветское поколение».

Подобное совпадение общественных настроений и выступления фанатов особенно интересно в свете положений упомянутого выше Кодекса чести российского футбола. Этот документ декларирует такие ценности, как веротерпимость, толерантность, честность, благородство и взаимовыручка. Фактически, предполагается, что представитель футбольной общности является космополитическим патриотом, гражданином своей страны и достойный представителем современного общества. Особенно интересны пункты 4 и 9, где предполагается, что представитель футбольного сообщество «уважает соперника, побеждает благородно, терпит поражение достойно» и «отвергает всякое проявление грубости, хамства, словесного хулиганства на футбольном поле и за его пределами, строго следит за соблюдением норм речи».

На фоне многочисленных воспоминаний и биографий футбольных хулиганов и рассмотренном нами в первой главе мифе о футбольных фанатах, подобный документ выглядит несостоятельным. Представители футбольной общественности восприняли Кодекс весьма негативно , однако их сообщения на форумах скорее свидетельствуют о соответствии духу документа и признании гражданских и общечеловеческих ценностей как собственных.

Открытым остается вопросы девиации этой субкультуры. Для его разрешения обратимся к форуму болельщиков футбольного клуба «Спартак», где в разделе «Наша субкультура» фанаты обсуждают традиционные социальные проблемы, такие как отношение к алкоголю, воровству, курящим девушкам, актуальные вопросы о том кто такие фанаты, и чем они отличаются от болельщиков и т.п.

Картина мира, предстающая перед исследователем на основании анализа этих обсуждений, выглядит вполне соответствующей социальным нормам: отношение к вредным привычкам негативное, поскольку это «вредно» и «неспортивно». Наркомания признается неприемлемой, курильщики в основном объясняют свою привычку безволием, то же и с алкоголем, хотя отношение к нему более лояльное, чем к курению.

Алкоголь рассматривается фанатами в дискурсе русской алкогольной традиции, где совместное распитие спиртных напитков является одним из ритуалов праздничного общения. Так, по определению А.В. Букалова, русские представляют из себя «этнос, где употребление крепких алкогольных напитков является социально обусловленным правилом и сопровождается определенными "ритуалами" и тем этническим признаком, по которому происходит различение партнера: "свой — чужой". Если человек не пьет — это подозрительный человек, с ним дел лучше не иметь» .

Что касается воровства , то отношение к этому вопросу довольно специфично. Категорически осуждается воровство у «своих», хотя такие случаи и описаны . Вероятно, причина подобного нарушения «понятий» («крысятничества») детерминируется неоднородностью фанатской субкультуры, где человек может быть отнесен к разряду «чужих» по факту наличия у него пухлого кошелька, дорогого мобильного телефона или слишком приличного вида. Отношение к воровству в этой субкультуре выглядит следующим образом:

1) нельзя воровать у «своих»;

2) относительно воровства «вообще» мнения расходятся на диаметрально противоположные:

а) воровство приемлемо, если вор «правильный», т.е. не крадет у стариков и откровенно небогатых людей;

б) «вор должен сидеть в тюрьме»;

3) однозначно негативное отношение к «ворам-олигархам»;

4) позитивное или нейтральное отношение к кражам продуктов в магазине или безбилетному проезду.

Последний пункт является для субкультуры футбольных фанатов одним из традиционных и считается не просто нормой, но и долгом уважающего себя «хулигана». Несоблюдение этой традиции может привести к утрате уважения со стороны других фанатов и потере авторитета. В. Козлов приводит высказывание фаната ЦСКА «Раньше едешь на выезд — плацкарт стоил какие-то копейки сущие, а еще в основном ездили "зайцами" — это была такая доблесть. Если ты долгое время ездил на выезда по билету, на тебя уже начинали смотреть как на умалишенного человека, не могущего в этой жизни ничего решить. Вписывались через резину, в туалеты, в тамбуры. Техника была отработана дай бог как. Ехали в "гробах" этих — под первыми полками, на третьих полках. Порой на выезд добиралось сто человек, и все до единого — без билета» .

Подобное восприятие воровства характерно для русской культуры в целом. Русская православная традиция, оказавшая большое влияние на формирование культурного бэкграуда и национального менталитета, более всего акцентировала внимание верующих на аспекте человеческой греховности, одним из следствий чего можно рассматривать толерантное отношение к практике греха в целом. В условиях современного мира влияние церкви и христианского сознания не является определяющим для современного мира, ещё в XVIII веке религиозный диктат в области морали и нравственности был вытеснен гражданскими идеалами Просвещения, однако некоторые его элементы мы можем наблюдать и сегодня.

О.А. Киряк, исследуя русское и английское отношение к концепту «воровство» в произведениях фольклора, отмечает двойственность русского отношения к этому понятию. По мнению исследователя, для русского менталитета характерна широкая парадигма отношения к воровству, «от полного неприятия и осуждения до оправдания, любования и бахвальства. С одной стороны воровство недопустимо, неприемлемо, является патологией человеческой личности, связано со страхом, с неизбежными угрызениями совести, противопоставляется честности, влечет за собой неизбежность наказания и неблагоприятного исхода. С другой стороны, воровство свойственно природе человека, сопряжено с индикацией социального неравенства, иногда считается возмездием и является восстановлением справедливости, в народном сознании связано с ремеслом, ловкостью, умением» .

Что касается последнего пункта, как наиболее значимого для субкультуры футбольных фанатов, то и в этих мелких кражах и административных правонарушений, представления о допустимом нарушении нормы, принятые в среде футбольных хулиганов, не противоречат картине мира, характерной для русского менталитета в целом. Как пишет О.А. Киряк, основываясь на анализе русского фольклора, «в русском же сознании концептуальной основой воровства часто становятся такие характерные для русского менталитета смежные концепты, как "удаль", "сила", "ловкость", "воля", "остроумие, "шутка", мастерство" и др.» .

Однако, стоит отметить тот факт, что последний пункт характерен для наиболее маргинальных представителей футбольного пространства — хулиганов. Для культуры в целом данный дискурс восприятия концепта «воровство» не является определяющим. Это происходит как в связи с постепенным формированием в сознании людей модели правового общества, так и вследствие возникновения и законодательным регламентированием принципа частной собственности, представление о воровстве претерпевает некоторые метаморфозы. О.А. Киряк отмечает, что «наблюдения смещаются в сторону негативной оценки воровства как явления, что связано с изменениями за прошедшее время в российском обществе — ростом числа собственников и увеличением размеров частной собственности, которой стали обладать россияне» .

Таким образом, исследуя модель коммуникации социальной среды и футбольной организации, мы оказываемся перед дилеммой, которая может быть сформулирована как противопоставление футбольной организации в качестве архетипа мужественности с одной стороны и девиантности ее субкультуры с другой. Это противопоставление может быть объяснено при помощи введенного Э. Дюркгеймом понятия аномии, т.е. утраты ценностного основания в культуре.

Для стран социалистического блока такое явление более чем объяснимо: развал СССР и деиделогизация общества для жителей этих государств означала утрату привычных моделей реагирования. Таким образом, популярность футбольной субкультуры на постсоветском пространстве можно объяснить тем фактом, что общество пережило период ресоциализации, которая вызвала «разрушение ранее принятых ценностей и моделей поведения личности с последующим усвоением ценностей, радикально отличающихся от предыдущих» .

Новые ценности требуют разработки новых моделей реагирования, адаптации сознания к изменившимся жизненным условиям. Население оказалось не готовым к открытому обществу, в котором берется за принцип и основу европейский образ жизни. Представители футбольного пространства, благодаря развитой саппорткультуре и традициям совместных выступлений, а также большому количеству молодежи, относящейся к этой субкультуре, в подобных условиях приобретают политический вес.

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что говорить о коммуникации социальной среды и футбольной организации, рассматривая их как противопоставленные друг другу объекты некорректно. Представители футбольного пространства являются полноценными членами общества и составляют немалую его часть, а также разделяют его культурные традиции и национальные ценности.

Для представителей субкультуры футбольных фанатов во всем мире характерна сплоченность и навык групповых действий, примером чему являются совместные выезды и организованные по предварительной договоренности драки-бои. На фоне этого актуальным становится вопрос, относительно сущности «бесчинств» футбольных фанатов: являются ли они действиями охваченной эйфорией толпы или можно говорить о спланированных акциях.

1.

Васильев Е.А. Смысл и назначение футбола в культуре // Человек. 2000. № 4. С. 98—108; О муже(n)ственности. Сборник статей/ Сост. М. Ушакин. М., 2002. 2.

Фоер Ф. Как футбол объясняет мир. Невероятная теория глобализации. М., 2006. С. 86. *

От сленгового выражения «саппорт» – поддержка команды на стадионе. 3.

Маннанов А. Я — фанат. М., 2008. С. 7. 4.

Армер Л.А., Ерофеева А.И., Коваленко С.Э., Суслин А.Н. Молодежные субкультуры Санкт-Петербурга. Справочник. СПб., 2009.С. 63. 5.

Краевски, Л. Оппозиция свой — чужой в текстах кричалок болельщиков футбола (на материале польской, русской и украинской субкультурной лексики)// Вестник Омского университета. Омск, 1996. С. 444—453. 6.

Васильев Е.А. Смысл и назначение футбола в культуре // Человек. 2000. № 4. С. 98—108. 7.

Там же, с. 102 8.

Ойзерман Т. И. Существуют ли универсалии в сфере культуры? // Вопросы философии. 1989. №2. С. 56. 9.

Малов В.И. Тайны советского футбола. М., 2008. 10.

Северов П.Ф., Халемский Н.А. Последний поединок. М., 1959. С. 6. 11.

Фоер Ф. Как футбол объясняет мир. Невероятная теория глобализации. М., 2006. С. 197. 12.

Маннанов А. Я — фанат. М., 2008. С. 12. 13.

Березовский К.С. Жаргон футбольных фанатов как социокультурное явление // Siberia Lingua. 2010. № 1. С. 16—17. 14.

Гидденс Э. Социология. М., 2005. С. 162. 15.

Дебор Г. Общество спектакля. М., 2000. 16.

Печурина А. Особенности репрезентации современного спорта (на примере Евро-2004)// URL: http://sport-msses.narod.ru/libr.htm. (Дата обращения: 10.04. 2011). 17.

Манежная площадь 2010// URL: http://community.livejournal.com/ru_politics/34580020.html. (Дата обращения: 8.04.2011). 18.

Маслов О.Ю., Прудник А.В. Россия после событий на Манежной площади 11 декабря 2010 года (заметки о новейшей истории России – часть 35)// URL: http://www.polit.nnov.ru/2011/01/17/manezh. (Дата обращения: 10.04. 2011). 19.

Российский футбольный союз разработал Кодекс чести роcсийского футбола// Российский Футбольный Союз. 8.04.2010. // URL: http://www.rfs.ru/node/121533. (Дата обращения: 5.04.2011). 20.

Комитет по этике/ Все про футбол // Форум фанатов «Спартака»// URL: http://forum.fanat1k.ru/vse-pro-futbol/4765-komitet-po-etike.html?uri=/vse-pro-futbol/4765-komitet-po-etike.html?highlight=%EA%EE%E4%E5%EA%F1. (Дата обращения: 10.04. 2011); Начали с главного //URL: http://www.rusteam.permian.ru/news_2010_2/2010_04_09_01.html. (Дата обращения: 10.04. 2011) и др. 21.

Вредные привычки, Вредные привычки (продолжение)/ Наша субкультура// Форум фанатов «Спартака»// URL: http://forum.fanat1k.ru/nasha-subkuluetura/728-vrednye-privychki-arhiv-2007-08-09-2010-03-05-a.html. (Дата обращения: 10.04.2011); URL: http://forum.fanat1k.ru/nasha-subkuluetura/4602-vrednye-privychki.html. (Дата обращения: 10.04.2011). 22.

Букалов А.В. Этносоционика: алкоголизм, наркомания и ментальность этноса. /Соционика, менталитет и психология личности. 1998. № 6. С. 31. 23.

Воровство/ Наша субкультура // Форум фанатов «Спартака» // URL: http://forum.fanat1k.ru/nasha-subkuluetura/4133-vorovstvo.html. (Дата обращения: 10.04. 2011). 24.

Фанаты «Спартака» ограбили своих// Форум фанатов «Спартака» // URL: http://fanat1k.ru/news-1269-fanati-spartaka-ograbili-svoih-br.php. (Дата обращения: 10.04. 2011); Воровство/ Наша субкультура // Форум фанатов «Спартака» // URL: http://forum.fanat1k.ru/nasha-subkuluetura/4133-vorovstvo.html. (Дата обращения: 10.04. 2011). 25.

Козлов В.В. Фанаты. Прошлое и настоящее российского околофутбола. М., 2008. С. 65. 26.

Киряк О.А. Социокультурный концепт «воровство» в русском и английском языковом сознании. Белгород, 2009. С. 16—17. 27.

Там же, с. 6 28.

Там же, с. 23 29.

Гидденс Э. Социология. М., 2005. С. 162.

 

 

Список литературы:

1. Васильев Е.А. Смысл и назначение футбола в культуре // Человек. 2000. № 4. С. 98—108;

2. О муже(n)ственности. Сборник статей/ Сост. М. Ушакин. М., 2002.

3 Фоер Ф. Как футбол объясняет мир. Невероятная теория глобализации. М., 2006. С. 86.

4 Маннанов А. Я — фанат. М., 2008. С. 7.

5 Армер Л.А., Ерофеева А.И., Коваленко С.Э., Суслин А.Н. Молодежные субкультуры Санкт-Петербурга. Справочник. СПб., 2009.С. 63.

6 Краевски, Л. Оппозиция свой — чужой в текстах кричалок болельщиков футбола (на материале польской, русской и украинской субкультурной лексики)// Вестник Омского университета. Омск, 1996. С. 444—453.

7 Ойзерман Т. И. Существуют ли универсалии в сфере культуры? // Вопросы философии. 1989. №2. С. 56.

8. Малов В.И. Тайны советского футбола. М., 2008.

9. Северов П.Ф., Халемский Н.А. Последний поединок. М., 1959. С. 6.

10. Березовский К.С. Жаргон футбольных фанатов как социокультурное явление // Siberia Lingua. 2010. № 1. С. 16—17.

11. Гидденс Э. Социология. М., 2005. С. 162.

12. Дебор Г. Общество спектакля. М., 2000.

13. Печурина А. Особенности репрезентации современного спорта (на примере Евро-2004)// URL: http://sport-msses.narod.ru/libr.htm. (Дата обращения: 10.04. 2011).

14. Манежная площадь 2010// URL: http://community.livejournal.com/ru_politics/34580020.html. (Дата обращения: 8.04.2011).

15. Маслов О.Ю., Прудник А.В. Россия после событий на Манежной площади 11 декабря 2010 года (заметки о новейшей истории России – часть 35)// URL: http://www.polit.nnov.ru/2011/01/17/manezh. (Дата обращения: 10.04. 2011).

16. Российский футбольный союз разработал Кодекс чести роcсийского футбола// Российский Футбольный Союз. 8.04.2010. // URL: http://www.rfs.ru/node/121533. (Дата обращения: 5.04.2011).

17. Комитет по этике/ Все про футбол // Форум фанатов «Спартака»// URL: http://forum.fanat1k.ru/vse-pro-futbol/4765-komitet-po-etike.html?uri=/vse-pro-futbol/4765-komitet-po-etike.html?highlight=%EA%EE%E4%E5%EA%F1. (Дата обращения: 10.04. 2011); Начали с главного //URL: http://www.rusteam.permian.ru/news_2010_2/2010_04_09_01.html. (Дата обращения: 10.04. 2011).

18. Вредные привычки, Вредные привычки (продолжение)/ Наша субкультура// Форум фанатов «Спартака»// URL: http://forum.fanat1k.ru/nasha-subkuluetura/728-vrednye-privychki-arhiv-2007-08-09-2010-03-05-a.html. (Дата обращения: 10.04.2011); URL: http://forum.fanat1k.ru/nasha-subkuluetura/4602-vrednye-privychki.html. (Дата обращения: 10.04.2011).

19. Букалов А.В. Этносоционика: алкоголизм, наркомания и ментальность этноса. /Соционика, менталитет и психология личности. 1998. № 6. С. 31.

20. Воровство/ Наша субкультура // Форум фанатов «Спартака» // URL: http://forum.fanat1k.ru/nasha-subkuluetura/4133-vorovstvo.html. (Дата обращения: 10.04. 2011).

21. Фанаты «Спартака» ограбили своих// Форум фанатов «Спартака» // URL: http://fanat1k.ru/news-1269-fanati-spartaka-ograbili-svoih-br.php. (Дата обращения: 10.04. 2011); Воровство/ Наша субкультура // Форум фанатов «Спартака» // URL: http://forum.fanat1k.ru/nasha-subkuluetura/4133-vorovstvo.html. (Дата обращения: 10.04. 2011).

22. Козлов В.В. Фанаты. Прошлое и настоящее российского околофутбола. М., 2008. С. 65.

23. Киряк О.А. Социокультурный концепт «воровство» в русском и английском языковом сознании. Белгород, 2009. С. 16—17.