Аннотация: Интенсивная урбанизация и демографический рост городов в совокупности с усложнением системы трудоприложения и возрастанием запроса населения на доступные спортивные объекты делает актуальной проблему развития спортивной инфраструктуры при местах приложения труда. Предметом исследования является пространственно-территориальное и функциональное размещение и характер инфраструктуры спортивных объектов при крупных промышленных предприятиях Ленинграда с целю определения пространственной связи спортивной инфраструктуры с объектами трудоприложения. Эволюционный анализ структурно-пространственных закономерностей размещения спортивной инфраструктуры во взаимосвязи с его развитием в структуре промышленного комплекса и в общегородской структуре, начиная с 1920-х годов по наши дни проведен для определения общей проблематики использования спортивных объектов при производствах в современных условиях городского развития Санкт-Петербурга. Для проведения анализа структурно-пространственных закономерностей спорта во взаимосвязи с его градостроительным размещением в структуре промышленного комплекса с 1920-ых по 1980-ые гг. использованы градостроительные документы по развитию Ленинграда, картографические и справочные документы по спортивной инфраструктуре, развитию промышленности Ленинграда и отдельно рассматриваемых в исследовании заводов. Новизна результатов исследования заключается в прослеживании изменения характера и роли спортивных объектов и их территориальной доступности до предприятий (основных мест приложения труда). В результате исследования определены этапы развития спортивной инфраструктуры предприятии на примере 5 ленинградских заводов и определена проблематика их размещения в условиях современного развития Петербурга. Сделаны выводы об утрате пространственного соотнесения элементов спортивной инфраструктуры с планировочным размещением предприятий, как центров приложения труда, в структуре города. Определено сложившееся развитие спортивной инфраструктуры предприятий, как узконаправленных объектов специализированного спорта и факторы, определившие такое развитие: неравномерное распределение трудовых ресурсов в общей системе трудоприложения города; интенсивное развитие селитебных территорий и уменьшающееся число рабочих предприятий; тесная взаимосвязанность характера и количества спортивных сооружений со спортивными организациями предприятий.

Ключевые слова: эволюция территориального развития, спортивная инфраструктура, промышленные предприятия, система трудоприложения, крупнейшие города, Ленинград, градостроительное развитие, градостроительство, массовый спорт, заводы Ленинграда

Abstract: Intensive urbanization and the demographic growth of cities, combined with the increasing complexity of the labor application system and the rising demand for accessible sports facilities, make the problem of developing sports infrastructure at labor application sites relevant. The subject of the study is the spatial-territorial and functional location and nature of sports infrastructure at large industrial enterprises in Leningrad, aimed at determining the spatial relationship of sports infrastructure with labor application sites. An evolutionary analysis of the structural and spatial patterns of sports infrastructure placement in relation to its development within the structure of the industrial complex and the overall urban structure, starting from the 1920s to the present day, has been conducted to identify the general issues concerning the use of sports facilities in production under the current conditions of urban development in Saint Petersburg. For the analysis of structural and spatial patterns of sports in relation to its urban planning placement within the industrial complex from the 1920s to the 1980s, urban planning documents on the development of Leningrad, mapping and reference documents on sports infrastructure, and the development of Leningrad's industry and the specific factories examined in the study were utilized. The novelty of the research results lies in tracking changes in the nature and role of sports facilities and their territorial accessibility to enterprises (the main places of labor application). As a result of the study, the stages of development of sports infrastructure at enterprises were identified using the example of five Leningrad factories, and the issues regarding their placement in the context of modern development in Petersburg were defined. Conclusions were drawn about the loss of spatial correspondence between elements of sports infrastructure and the planning placement of enterprises, as centers of labor application, within the structure of the city. The developed state of sports infrastructure at enterprises has been determined as focused objects of specialized sports, along with the factors that defined this development: uneven distribution of labor resources within the overall system of labor application in the city; intensive development of residential areas and a decreasing number of working enterprises; and the close interconnection between the nature and quantity of sports facilities with the sports organizations of enterprises.

Keywords: evolution of territorial development, sports facilities, industrial enterprises, the system of places of labor resources, largest cities, Leningrad, urban planning development, urban planning, mass sport, Leningrad factories

Аннотация: Предметом исследования является городская усадьба XVIII–XIX веков как средовое ядро современного исторического регионального города. Объект исследования – исторический центр Тамбова, где усадебные комплексы, объекты культурного наследия, общественные функции, ландшафт и пешеходные связи образуют взаимосвязанную пространственную систему. Авторы рассматривают городскую усадьбу не только как охраняемый памятник, но как исторически сформированную пространственно-культурную единицу, объединяющую главный дом, структуру участка, двор, хозяйственные постройки, озеленение, границы владения, маршруты и культурную память. Особое внимание уделяется роли усадеб различного типа в городской ткани, фактической пешеходной активности, зонам двух- и пятиминутной доступности, полифункциональному программированию и локальному средовому регламенту. На материале Тамбова исследуется возможность перехода от объектной охраны отдельных памятников к связной градостроительной стратегии валоризации исторического центра. Методология объединяет средовой подход, метод триединого средового кода Е. И. Петровской, комплексный графический и морфологический анализ, сопоставление центров притяжения, пешеходной активности и зон шаговой доступности. Научная новизна заключается в формализации городской усадьбы как средового ядра и в операционализации средового импульса через сочетание локального регламента, полифункциональной программы и маршрутной связанности. Предложена типология усадеб по роли в среде: силуэтообразующие, акцентные и фоновые; каждому типу сопоставлен свой масштаб пешеходного маршрута и набор проектно-регулятивных инструментов. Разработано понятие каркаса средовых импульсов как системы взаимосвязанных усадебных ядер, перекрывающихся зон их воздействия, общественных пространств и дифференцированных маршрутов. На примере Тамбова показано, что такая система позволяет перейти от сохранения отдельных объектов наследия к развитию целостной пешеходоориентированной среды исторического центра. Основной вывод состоит в том, что валоризация усадебного наследия может стать пространственной предпосылкой локального предпринимательства, удержания человеческого капитала и устойчивого развития города. При этом радиусы воздействия и социально-экономические эффекты требуют последующей эмпирической проверки и калибровки для городов с иной морфологией.

Ключевые слова: городская усадьба, исторический город, средовой код, средовое ядро, средовой импульс, градостроительный каркас, валоризация наследия, пешеходоориентированная среда, полифункциональность, человеческий капитал

Abstract: The article presents an authorial model for integrating the eighteenth- and nineteenth-century urban estate as an environmental core into the contemporary structure of a historic regional city. Using Tambov as a case study, the urban estate is considered not only as a cultural heritage object but also as a historically formed spatial and cultural unit in which architectural form, plot structure, landscape, pedestrian routes, public functions and historical memory are interrelated. The methodology combines the environmental approach, E. I. Petrovskaya’s triune environmental code method, comprehensive graphic and morphological analysis, and analysis of attraction centres and actual pedestrian activity in relation to two- and five-minute walking catchments around estate sites. Three types of urban estates are identified according to their role in the urban environment: silhouette-forming, accent and background, together with corresponding levels of pedestrian routes: citywide, district and local. The concepts of environmental core, environmental impulse and framework of environmental impulses are defined. The impulse mechanism combines local environmental regulation, a multifunctional programme and route connectivity. The Tambov case demonstrates how overlapping zones of influence around estate nodes and pedestrian routes can shift the focus from individual heritage objects to an urban-planning strategy for valorising the historic centre. As a research hypothesis, heritage valorisation is considered a precondition for developing a pedestrian-oriented urban environment, local entrepreneurship and human-capital retention. The proposed model requires further calibration for historic cities with different morphology, relief and cultural traditions.

Keywords: urban estate, historic city, environmental code, environmental core, environmental impulse, urban framework, heritage valorisation, walkable environment, multifunctionality, human capital

Аннотация: Предметом статьи является авторская модель реализации русского архитектурного кода через систему архитектурных кодов городов и территорий. Под русским архитектурным кодом понимается не единый исторический стиль и не набор национальных декоративных мотивов, а многоуровневая система культурно-пространственной преемственности, обеспечивающая связь новой архитектуры с историей, природными условиями и укладом жизни. Её общероссийский уровень задаёт базовые принципы и инварианты качества среды, городской уровень интерпретирует их через локальную историю, ландшафт, морфологию, масштаб, материальность и образ жизни, а территориальный уровень формулирует проверяемые правила для конкретного места. Исследуется механизм перехода от общих ценностных установок к дифференцированным регламентам, проектным рекомендациям и критериям оценки архитектурных решений в различных морфологических зонах города с учётом характера, ценности и потенциала каждой территории. Использованы системный и многоуровневый подходы, сравнительный анализ научной литературы и зарубежных практик разработки и применения архитектурно-градостроительных регламентов, историко-градостроительный и морфологический анализ, работа с картографическими и нормативными источниками. Методическая конструкция включает семь параллельных потоков и семь этапов разработки. Предложен город как обязательный посредник между общероссийскими смыслами и архитектурным решением; единицей перевода принят не стиль, а морфологическая зона с установленными носителями, инвариантами и режимом преобразования. Показано, что сопоставимость кодов разных городов достигается общей структурой данных и критериев, а не унификацией образа. Архитектурный код города не заменяет правила землепользования и застройки, градостроительные регламенты, требования к архитектурно-градостроительному облику, документацию по планировке территории и задания на проектирование. Он формирует доказательно обоснованные предложения, которые могут получить обязательность только после включения в надлежащий документ компетентным органом. Предложена последовательная модель реализации через цепочку «свидетельство – носитель – инвариант – морфологическая зона – режим преемственности – правило – пилот – мониторинг»; семь режимов работы с городской тканью; реестр происхождения каждого правила и таблицу его возможной нормативной интеграции.

Ключевые слова: русский архитектурный код, архитектурный код города, культурно-пространственная преемственность, городская морфология, морфологическое зонирование, архитектурная идентичность, правила землепользования застройки, архитектурно-градостроительный облик, нормативная интеграция, архитектурная среда

Abstract: The article examines an author-developed model for implementing the Russian architectural code through city architectural codes. The Russian architectural code is defined here neither as a uniform historical style nor as a catalogue of national decorative motifs, but as a multi-level system of cultural and spatial continuity. The national level establishes principles and invariants of environmental quality; the city level interprets them through local history, landscape, morphology, scale, materiality and everyday practices; and the territorial level turns them into verifiable rules for a specific place. It examines the transition from value principles to differentiated regulations, recommendations, and criteria for evaluating architectural solutions across morphological zones. The research combines systems and multi-level approaches, a comparative review of urban morphology and regulatory approaches to architectural and urban design, historical and morphological analysis, cartographic and legal-source analysis, case-study logic and normative mapping. The city is proposed as a necessary mediator between nationwide meanings and individual architectural decisions. The basic unit of translation is not a style but a morphological zone with identified carriers, invariants and an appropriate continuity regime. Comparability between city codes is achieved through a common data and decision structure rather than through visual standardisation. A city architectural code does not replace land-use and development rules, urban-planning regulations, architectural and urban-design appearance requirements, planning documentation or design briefs. Instead, it produces evidence-based proposals that may become binding only after their incorporation into an appropriate instrument by a competent authority. The methodological framework consists of seven parallel workstreams and seven development stages; the sequence “evidence — carrier — invariant — morphological zone — continuity regime — rule — pilot — monitoring”; seven modes of intervention in urban fabric; a provenance register for each rule; and a correspondence matrix linking each rule to possible statutory and procedural instruments.

Keywords: russian architectural code, city architectural code, cultural-spatial continuity, urban morphology, morphological zoning, architectural identity, land-use and development rules, architectural and urban-design appearance, regulatory integration, architectural environment

Аннотация: Объектом исследования в статье являются методы редизайна интерьеров исторических зданий под современные торговые функции и объекты индустрии гостеприимства. В настоящее время многие объекты историко-архитектурного наследия, находящиеся в структуре современных городов, в силу несоответствия современным технологическим требованиям, воспринимаются как экономически неэффективные. На этом фоне поиск путей их адаптивного использования и органичного включения в современную «экономику впечатлений» приобретает особую актуальность. Настоящее исследование включает комплексный средовой подход позволяющий интегрировать аутентичные исторические интерьеры в контекст современного коммерческого пространства без утраты их культурной ценности. В статье приводится теоретическое обоснование перехода от парадигмы строгой консервации к концепции адаптивного использования, а также принципов формирования непрерывных торговых сценариев в исторической среде. Основным методом исследования является анализ практических кейсов и проектов по реновации исторических кварталов и зданий в Китае (на макро-, мезо- и микроуровнях). В результате выявлены основные приемы, использующиеся при работе с историческими интерьерами, включая комплексную реконструкцию кварталов, реновацию внутреннего пространства с сохранением архитектурной оболочки, формирования пространств атриумов на месте внутренних дворов и точечные вмешательства в исторический контекст на уровне перепрофилирования функций первых этажей отдельных зданий. Исследование показало, что реставрация и дальнейшее перепрофилирование исторических зданий под коммерческие функции представляет собой важную часть современного градостроительства и урбанистики, в которой необходимо учитывать множество архитектурных, инженерных и культурных аспектов. В статье описаны методы и способы, с помощью которых возможно решить ряд наиболее важных проблем, касающихся интеграции исторического наследия в современную городскую экономику. Представлены приемы проектирования интерьеров, удовлетворяющих требованиям современного ритейла и индустрии гостеприимства, при сохранении подлинной исторической ткани и «духа места».

Ключевые слова: дизайн, интерьер, наследие, адаптивное использование, реставрация, реконструкция, реновация, ревитализация, среда, Китай

Abstract: This article explores methods for redesigning the interiors of historic buildings for modern retail and hospitality applications. Currently, many historical and architectural heritage sites within modern cities are perceived as economically ineffective due to their incompatibility with modern technological requirements. Against this backdrop, the search for ways to adaptively utilize them and seamlessly integrate them into the modern "experience economy" is particularly relevant. This study incorporates a comprehensive environmental approach that allows for the integration of authentic historic interiors into the context of modern commercial spaces without losing their cultural value. The article provides a theoretical justification for the transition from a strict conservation paradigm to the concept of adaptive use, as well as principles for developing continuous retail scenarios in historic environments. The primary research method is an analysis of practical cases and renovation projects for historic neighborhoods and buildings in China (at the macro-, meso-, and micro-levels). The study identified key techniques used in working with historic interiors, including comprehensive reconstruction of entire blocks, renovation of interior spaces while preserving the architectural envelope, the creation of atrium spaces in place of courtyards, and targeted interventions in the historical context by repurposing the ground floors of individual buildings. The study demonstrated that the restoration and subsequent repurposing of historic buildings for commercial use is an important part of modern urban planning and urban design, requiring consideration of numerous architectural, engineering, and cultural aspects. The article describes methods and approaches that can address a number of key issues related to the integration of historical heritage into the modern urban economy. It presents design techniques for interiors that meet the requirements of the modern retail and hospitality industries while preserving the authentic historical fabric and "spirit of place."

Keywords: design, interior, heritage, adaptive use, restoration, reconstruction, renovation, revitalization, environment, China

Аннотация: Предмет исследования. В статье рассматривается обоснование пространственно-планировочных параметров участков дошкольного и общего образования на территориях комплексного развития жилой застройки как задача территориально-пространственной организации жилой среды. Предмет исследования составляет проблемная ситуация, возникающая при определении вместимости, типа и пространственных параметров участков ДОО и СОШ в условиях высокой интенсивности жилищного строительства, внешней образовательной нагрузки, наложения зон фактической пешеходной доступности и ограниченности территориального ресурса. Рассматриваемая задача относится к общественной территории в составе объекта (II) и раскрывается во взаимосвязи с жилой застройкой, объектами обслуживания, пешеходными связями, нормативными требованиями, а также природными, санитарно-гигиеническими и техническими ограничениями территории. Цель статьи состоит в формулировании научной проблемы и рабочей гипотезы исследования. Работа выполнена на основе системного анализа Ю.В. Алексеева с применением метода 2 – оценки и учёта компонентов и типов объекта (II). Материал анализа составили первая глава диссертационного исследования, проектная практика комплексного развития территорий, научные работы по образовательной среде и доступности объектов обслуживания, а также нормативно-правовые. Научная новизна и выводы. Научная новизна статьи состоит в применении методики системного анализа Ю.В. Алексеева к задаче обоснования участков дошкольного и общего образования на территориях КРТ жилой застройки и в выявлении состава проблемной ситуации, определяющей дальнейшее теоретическое исследование. В результате установлено, что новые факты и данные проектной практики выражаются в наложении зон фактической пешеходной доступности, формировании внешней образовательной нагрузки, различии нормативной и фактической доступности, а также дефиците территориального ресурса. Показано, что существующие способы объяснения и нормативные акты раскрывают данные явления раздельно и не обеспечивают их системного связывания. Сформулированы научная проблема и рабочая гипотеза о существовании устойчивой зависимости между условиями территории и параметрами участков ДОО и СОШ.

Ключевые слова: системный анализ, объект II, территории жилой застройки, дошкольное образование, общее образование, образовательная нагрузка, фактическая пешеходная доступность, наложение зон доступности, научная проблема, рабочая гипотеза

Abstract: This study examines the spatial planning parameters of sites for preschool and general education facilities in residential development areas. The parameters are considered in relation to the residential areas that generate educational demand, actual pedestrian accessibility, and land-resource constraints. The aim is to apply systems analysis to their substantiation in order to formulate the research problem and working hypothesis. The methodological framework combines Yu. V. Alekseev’s basic model with Method 2, which assesses and accounts for the components and types of object (II) – settlement territories at the level of the Earth’s biosphere surface. Object (II) is the object of study, whereas object (I), comprising existing and proposed buildings and structures, is treated as a constraint. Objects (III) and (IV) fall outside the scope of the study. The evidence base comprises planning practice for siting preschool and school facilities in residential areas, Russian and international studies of educational environments and accessibility, and regulatory, technical, and methodological documents. The study identifies a specific function of object (II): public territory allocated to preschool and general education sites in relation to the residential territory that generates educational demand. Four components of the problem situation are established: overlap of actual pedestrian catchment areas, educational demand generated outside the project boundaries, divergence between normative and actual accessibility, and scarcity of land resources. Considering these components jointly makes it possible to formulate the research problem and a working hypothesis that stable relationships exist between them and the initial site parameters—capacity, planning type, and site area.

Keywords: systems analysis, object II, residential development areas, preschool education, general education, educational demand, actual pedestrian accessibility, catchment-area overlap, research problem, working hypothesis

Аннотация: Предметом исследования являются архитектурно-градостроительные приёмы формообразования городских открытых пространств в условиях изменения климатических параметров городской среды. Цель работы заключается в выявлении и систематизации архитектурных решений, направленных на повышение климатического комфорта, экологической устойчивости и безопасности пребывания человека в городских открытых пространствах. В результате исследования сформирована система архитектурно-климатических критериев оценки качества городских открытых пространств, включающая озеленение, использование водных объектов и архитектурные средства защиты от солнечной радиации. Анализ эмпирических исследований 2024–2025 гг. подтверждает количественную эффективность данных решений, выражающуюся в снижении индексов теплового стресса (PET, UTCI) (физиологически эквивалентная температура, универсальный индекс теплового климата) на 2–6 °C. Практическая значимость работы заключается в возможности применения результатов при проектировании и реконструкции общественных пространств. Методология исследования основана на структурно-сравнительном анализе современных градостроительных практик, методе кейс-стади и архитектурно-пространственной оценке микроклиматических факторов. Научная новизна исследования заключается в разработке интегрированного подхода к оценке архитектурного формообразования городских открытых общественных пространств в контексте климатической адаптации, объединяющего морфологические параметры городской ткани, микроклиматические индексы комфорта (PET, UTCI) и сценарии пользовательской активности. Впервые для актуального периода 2024–2025 гг. выполнено сопоставление количественной эффективности архитектурных и ландшафтных решений в различных климатических контекстах, что позволило выявить предельные диапазоны климатической результативности отдельных приёмов (озеленение, затенение, водные элементы, вентиляционные коридоры) и их синергетический эффект при комплексном применении.Выводы исследования состоят в подтверждении ключевой роли городских открытых пространств как активных элементов климатической адаптации городской среды. Доказано, что фрагментарное внедрение отдельных климато-ориентированных элементов имеет ограниченный эффект, тогда как пространственно связанная система затенения, озеленения и аэрации формирует устойчивый микроклиматический каркас города. Полученные результаты могут быть использованы при разработке стандартов благоустройства, муниципальных программ климатической адаптации и методических рекомендаций для архитектурного проектирования.

Ключевые слова: городские пространства, архитектурное формообразование, климатическая адаптация, изменение климата, городской микроклимат, городской тепловой остров, термический комфорт, зелёная инфраструктура, климатическое проектирование, устойчивое развитие городов

Abstract: The subject of this study is architectural and urban design approaches to the formation of urban open public spaces under the transformation of climatic parameters of the urban environment. The aim of the paper is to identify and systematize climate-oriented architectural solutions aimed at improving thermal comfort, environmental sustainability, and functional suitability of urban open spaces. The research methodology is based on a structural and comparative analysis of contemporary foreign and Russian practices, the case study method, and architectural-spatial assessment of microclimatic parameters using the PET and UTCI indices. As a result of the study, a typology of architectural-climatic factors determining the microclimate of urban open public spaces (urban morphology, shading, ventilation, greenery, surface properties, and water elements) has been developed, and a system of criteria for assessing the climatic effectiveness of design solutions at early design stages has been proposed. The synthesis of empirical data from 2024–2025 demonstrates the quantitative effectiveness of integrated climate-oriented strategies, providing a reduction in thermal stress indicators (PET and UTCI) in the range of 2–6 °C and an increase in the duration of users’ stay in public spaces during the warm season by 18–30%. Scientific novelty of the research lies in the development of an integrated approach to assessing the architectural formation of urban open public spaces in the context of climate adaptation, combining morphological parameters of the urban fabric, microclimatic comfort indices (PET, UTCI), and patterns of user activity. For the first time for the period 2024–2025, a comparative analysis of the quantitative effectiveness of architectural and landscape solutions across different climatic contexts is carried out, which makes it possible to identify the threshold ranges of climatic performance of individual strategies (greening, shading, water elements, ventilation corridors) and their synergistic effect when applied in combination. Conclusions confirm the key role of urban open public spaces as active elements of urban climate adaptation. It is demonstrated that the fragmented implementation of individual climate-oriented measures has a limited effect, whereas a spatially integrated system of shading, greenery, and ventilation forms a stable microclimatic framework of the city. The results can be used in the development of urban design standards, municipal climate adaptation programs, and methodological guidelines for architectural and urban planning practice.

Keywords: urban spaces, architectural form-making, climate adaptation, climate change, urban microclimate, urban heat island, thermal comfort, green infrastructure, climate design, sustainable urban development

Аннотация: В японских городах общественные пространства одновременно выполняют рекреационные, транспортные, социальные и защитно-эвакуационные функции, однако для отдельных уязвимых групп населения, включая бездомных, они также становятся местом кратковременного или продолжительного пребывания. Цель исследования заключается в выявлении пространственных и микроклиматических характеристик существующих общественных пространств, которые могут обеспечивать более благоприятные условия пребывания для уязвимых групп населения в периоды экстремальных сезонных температур. Особое внимание уделяется их взаимосвязи с фактическим использованием общественных пространств бездомными в летний период. Исследование направлено на выявление потенциальных неформальных климатических убежищ – общественных пространств, которые не имеют официального статуса климатического убежища, но фактически используются уязвимыми группами и одновременно характеризуются относительно более низкой тепловой экспозицией. В статье представлен анализ международной литературы по проблемам бездомности, общественных пространств, климатической адаптации и пространственного исключения, дополненный результатами полевого исследования, пространственного анализа городской среды района Синдзюку и анализа температуры поверхности земли (LST). Полевое исследование включает наблюдение за местами пребывания бездомных, а также локальные измерения температуры воздуха и относительной влажности. Полученные результаты показывают, что несколько пространств с повторяющимся присутствием людей, испытывающих бездомность, совпадают с участками, характеризующимися относительно более низкой температурой поверхности, что позволяет рассматривать их как потенциальные неформальные климатические убежища. При этом данное совпадение свидетельствует о возможной климатоадаптивной функции, но не доказывает причинно-следственную связь между микроклиматом и выбором места пребывания. Научная новизна заключается в интеграции трех направлений: дизайна общественных пространств, городского микроклимата и пространственной инклюзии уязвимых групп, потенциально наиболее чувствительных к изменениям микроклимата. На основании результатов предлагаются рекомендации по проектированию общественных пространств, способных одновременно повышать климатическую устойчивость и поддерживать пространственную инклюзию: создание затененных маршрутов и зон с защитой от солнечной радиации и осадков; обеспечение доступа к питьевой воде и санитарной инфраструктуре; формирование безопасных и безбарьерных маршрутов; повышение гибкости использования пространства; возможности для кратковременного отдыха; минимизация элементов враждебного дизайна; сохранение открытого и доступного характера общественных пространств.

Ключевые слова: общественные пространства, неформальные климатические убежища, инклюзивный дизайн, пространственная справедливость, бездомность, Япония, городской дизайн, городской климат, температуры поверхности земли, микроклимат

Abstract: In Japanese cities, public spaces perform multiple functions, including recreational, transportation, social, and protective and evacuation functions. For vulnerable groups, including people experiencing homelessness, these spaces may also serve as locations for short- or long-term occupancy. This study aims to identify spatial and microclimatic characteristics of public spaces that may provide more favorable conditions for vulnerable groups during periods of extreme seasonal temperatures, with particular attention to their relationship with the summer use of public spaces by people experiencing homelessness. The study identifies potential informal climate shelters, defined as public spaces without officially designated climate-shelter status that are used by vulnerable groups and characterized by relatively lower thermal exposure. The research combines a review of international literature on homelessness, public space, climate adaptation, and spatial exclusion with field observations, spatial analysis of the Shinjuku urban environment, and land surface temperature (LST) analysis. Fieldwork included observations of locations used by people experiencing homelessness and localized measurements of air temperature and relative humidity. The results indicate that several spaces with recurrent presence of people experiencing homelessness correspond spatially to areas with relatively lower land surface temperatures, suggesting their potential function as informal climate shelters. However, this spatial correspondence indicates a possible climate-adaptive function rather than a causal relationship between microclimatic conditions and location choice. The scientific novelty lies in integrating public-space design, urban microclimate, and spatial inclusion of vulnerable groups potentially sensitive to microclimatic changes. Based on the findings, recommendations are proposed to enhance urban climate resilience and spatial inclusion through shaded and weather-protected areas and routes, access to drinking water and sanitary infrastructure, safe and barrier-free circulation, flexible use of public space, opportunities for rest, minimization of hostile and restrictive design elements, and preservation of accessible public spaces for diverse user groups.

Keywords: public spaces, informal climate shelters, inclusive design, spatial justice, homelessness, Japan, urban design, urban climate, land surface temperature (LST), microclimate