Читать статью 'К вопросу о правовом положении кредитных организаций как субъекта финансового мониторинга' в журнале Финансовое право и управление на сайте nbpublish.com
Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1674,   статей на доработке: 279 отклонено статей: 341 
Библиотека
ваш профиль

Вернуться к содержанию

Финансовое право и управление
Правильная ссылка на статью:

К вопросу о правовом положении кредитных организаций как субъекта финансового мониторинга

Гладких Александр Андреевич

аспирант, Департамент правового регулирования экономической деятельности, Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации

125993, Россия, г. Москва, ул. Ленинградский Проспект, 49

Gladkikh Aleksandr Andreevich

post-graduate student of the Department of Legal Regulation of Economic Activity at Financial University under the Government of the Russian Federation

125993, Russia, g. Moscow, ul. Leningradskii Prospekt, 49

ALEKSANDR.GLADKIKH.1@gmail.com
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2454-0765.2019.2.33854

Дата направления статьи в редакцию:

03-09-2020


Дата публикации:

10-09-2020


Аннотация: Предметом исследования стало законодательство о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», установленные для кредитных организаций, банках и банковской деятельности, а также о государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ». Объектом исследования статьи являются правоотношения, складывающиеся в процессе реализации кредитными организациями требований законодательства о ПОД/ФТ. Автором рассмотрен вопрос соотношения субъектов финансового мониторинга в аспекте предоставленных законодательством полномочий и возложенных на агентов обязанностей. Отдельное внимание автором уделено изучению особой роли кредитных организаций среди агентов финансового мониторинга. Автором изучается содержание понятия «кредитная организация» с точки зрения законодательства о ПОД/ФТ. В рамках исследования автором был получен вывод об особой роли кредитных организаций в системе ПОД/ФТ обусловленной спецификой их деятельности в силу предоставления им уникальных по отношению к иным агентам полномочиями и возложения роли по обеспечению реализации финансового мониторинга иными группами агентов. Отмечается, что текущее правовое регулирование о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма формирует понимание термина «кредитная организация» в данной сфере, как группы субъектов, объединяющей в себе кредитные организации в значении, устанавливаемом Федеральным законом «О банках и банковской деятельности», и государственную корпорацию развития «ВЭБ.РФ» при осуществлении ей операций характерных для банковской деятельности.


Ключевые слова: ПОДФТ, кредитные организации, государственная корпорация, ВЭБ РФ, финансовый мониторинг, финансовая разведка, субъекты финансового мониторинга, полномочия, внутренний контроль, субъекты

Abstract: The subject of this research is the legislation on counteraction of laundering of profits gained through illegal means and financing of terrorism, set for credit organizations, banks and banking activity, as well as state development corporation “VEB.RF”. The object of this research is the legal relations that form in the process of fulfillment of AML (Anti-Money Laundering) requirements for credit organizations. The author explores the question of correlation of the subjects of financial monitoring in the aspect of authority and responsibilities imposed on the agents by the legislation. Separate attention is given to studying the special role of credit organizations among agents of financial monitoring. The author examines the content of the concept of “credit organization” from the perspective of AML legislation. A conclusion is made on the special role of credit organization within the AML system that is justified by the specificity of their activity due to authority and the role of financial monitors of other groups of agents that are unique by comparison to other agents. It is noted that the current legal regulation on counteraction of laundering of profits gained through illegal means and financing of terrorism forms the understanding of the term “credit organization” in this sphere as a group of subjects that incorporates credit organizations in the meaning set by the federal law “On Banks and Banking” and the state development corporation “VEB.RF” in carrying out operation characterized as banking.



Keywords:

subjects of financial monitoring, financial intelligence, financial monitoring, VEB RF, state corporation, credit institutions, AML, credentials, internal control, subjects

Особая роль кредитных организаций в системе ПОД/ФТ складывается из ряда факторов, однако, как и во многих сферах жизни общества вопрос количественных показателей имеет приоритетное значение. В этой связи количество финансовых транзакций в государстве, осуществляемых посредством кредитных организаций и достигающее до 80% от общего числа, становится безусловной причиной, по которой на эти организации направлена основная задача контроля со стороны финансового регулятора[6].

По этой причине кредитные организации, основной сферой деятельности которых являются операции с денежными средствами, часто становятся объектом воздействия со стороны криминальных групп и отдельных личностей, которые с помощью денежных переводов и другими способами пытаются легализовать средства, полученные преступным путем[10]. В рамках настоящего исследования полагаем необходимым изучить корелляцию указанных условий с положением кредитных организаций по сравнению с иными агентами финансового мониторинга посредством анализа текущего правового регулирования их деятельности в системе ПОД/ФТ.

Как усматривается из законодательства, кредитной организацией является юридическое лицо, которое для извлечения прибыли как основной цели своей деятельности на основании специального разрешения (лицензии) ЦБ РФ имеет право осуществлять банковские операции, предусмотренные настоящим Федеральным законом. Кредитная организация образуется на основе любой формы собственности как хозяйственное общество[1].

Правоспособность юридического лица в ее общем значении определяется как установленная законом и определенная учредительными документами совокупность юридических свойств организации, определяющая ее статус как участника гражданских правоотношений[14].

Вместе с тем руководствуясь тем обстоятельством, что классификация агентов финансового мониторинга производится исходя из осуществляемой субъектами деятельности, полагаем необходимым в данном исследовании использовать предложенный О.А. Тарасенко подход к вопросу квалификации правоспособности кредитных организаций. Ей отмечено, что юридическое лицо, занимающееся исключительным видом деятельности, имеет возможность его и ему сопутствующие, при одновременном запрете осуществления иных или отдельных видов предпринимательской деятельности, что свидетельствует о соответствии критериям специальной правоспособности.

Таким образом, по ее мнению, кредитные организации обладают частично ограниченной специальной правоспособностью. Содержание правоспособности кредитных организаций заключается в возможности осуществления предусмотренных лицензией банковских операций, как исключительного вида деятельности, сопутствующих им видов деятельности и деятельности на рынке ценных бумаг. Специальная правоспособность кредитных организаций ограничена запретом на осуществление производственной, торговой и страховой деятельности, за исключением операций, связанных с производными финансовыми инструментами, базисным активом которых является товар, а также заключения договоров в целях выполнения функций центрального контрагента[12].

С.В. Рыбакова отметила, что одним из элементов финансовой правосубъектности кредитных организаций является совокупность прав и обязанностей в сфере обеспечения финансовой стабильности банковской системы; обеспечения законности и финансовой дисциплины в денежной и платежной системах и при совершении валютных операций[11].

Из определения кредитной организации, приведенного в законодательстве и вышеизложенного аспекта специальной правоспособности, в первую очередь выделяется особый характер осуществляемой кредитной организацией деятельности.

Кредитные организации вместе с иными организациями, осуществляющими операции с денежными средствами или иным имуществом формируют обобщенную группу – агенты финансового мониторинга и определяются, как финансовые организации и иные организации, осуществляющие операции с денежными средствами и иным имуществом, т.е. хозяйствующие субъекты, осуществляющие делегированные государственно-властные функции по первичному сбору и анализу информации о сделках, операциях и их участниках[8]. Сформулированные И.Ф. Карамовым универсальные критерии отнесения того или иного лица к агентам финансового мониторинга позволяют проводить оценку обоснованности как текущего, так и перспективного включения групп организаций к агентам финансового мониторинга[5].

Рассматривая установленный законодателем перечень агентов финансового мониторинга можно отметить, что участие кредитных организаций в системе ПОД/ФТ носит комплексный характер, обусловленный возможным совмещением кредитной организацией в своей деятельности свойств нескольких типов организаций, участвующих в рассматриваемой системе. Так, в частности, законодательство предусматривает возможность осуществления кредитными организациями помимо основной также и деятельность профессионального участника рынка ценных бумаг, оператора по приему платежей, коммерческих организации, заключающие договоры финансирования под уступку денежного требования в качестве финансовых агентов.

Вместе с тем, в рамках настоящего исследования представляется целесообразным рассматривать кредитные организации исходя из осуществления ими банковской деятельности, а также правоотношений, в которых они выступают в качества оператора по приему платежей, как деятельности наиболее приближенной к последней.

Полномочия и обязанности кредитных организаций урегулированы Федеральным законом от 7 августа 2001 года N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». В свою очередь, дополнительными источниками регулирования выступают многочисленные Письма и Положения ЦБ РФ, выступающего надзорным органом кредитных организаций и в данном направлении.

Общими для всех агентов финансового мониторинга являются следующие обязанности:

• разработка правил внутреннего контроля в целях ПОД/ФТ и программ его осуществления;

• реализация организационных мер в целях ПОД/ФТ, в том числе назначение специальных должностных лиц, ответственных за соблюдение правил внутреннего контроля в целях ПОД/ФТ и программ его осуществления;

• идентификация клиентов и выгодоприобретателей, систематическое обновление информации о клиентах и выгодоприобретателях;

• документальное фиксирование и хранение информации, полученной в результате применения правил внутреннего контроля в целях ПОД/ФТ и реализации программ его осуществления, сохранение ее конфиденциального характера;

• предоставление в уполномоченный орган сведений по подлежащим обязательному контролю операциям с денежными средствами или иным имуществом и подозрительным сделкам;

• предоставление информации в уполномоченный орган по его письменным запросам;

• отказ или запрет на совершение определенных федеральным законом операций с денежными средствами или иным имуществом, приостановление отдельных операций клиентов;

• запрет на информирование клиентов и других лиц о принимаемых мерах в целях ПОД/ФТ[7].

В свою очередь для кредитных организаций установлены дополнительные обязанности в отношении порядка открытия и ведения счетов, взаимодействия с банками-нерезидентами, при осуществлении безналичных расчетов и переводов денежных средств и др.

Учитывая изложенные обязанности, М.А. Татчуком и М.М. Прошуниным был сформирован перечень процедур агентов финансового мониторинга по противодействию легализации (отмыванию) преступных доходов и финансированию терроризма:

·Идентификация клиентов, их представителей, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев;

·Оценка уровня риска легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма;

·Обязательный финансовый мониторинг;

·Факультативный (дополнительный) финансовый мониторинг;

·Противодействие финансированию терроризма;

·Представление информации в Росфинмониторинг;

·Обучение сотрудников агентов финансового мониторинга;

·Отказ от заключения договоров банковского счета (вклада) с физическими и юридическими лицами, расторжение договоров банковского счета (вклада), отказ в выполнении распоряжения клиента об осуществлении операции[9].

Рассматривая данные перечни, следует отметить, что кредитные организации обладают не только наибольшим количеством обязанностей в рамках обязательного контроля, но также и уникальными по отношению к иным агентам полномочиями.

Так, в частности, отдельные группы агентов финансового мониторинга обладают правом поручать на основании договора кредитной организации проведение идентификации или упрощенной идентификации клиента - физического лица, а также идентификации представителя клиента, выгодоприобретателя и бенефициарного владельца, что указывает на роль кредитных организаций не только в осуществлении первичного финансового мониторинга в сфере своей деятельности, но и в обеспечении реализации финансового мониторинга иными группами агентов. Вместе с тем, складывается уникальная ситуация, состоящая в том, что кредитная организация, не являясь государственной организацией, тем не менее должна участвовать в реализации мер, которые выходят за пределы целей ее собственно банковской деятельности[3]

Не вызывает сомнений тот факт, что данная роль кредитных организаций обуславливается спецификой их деятельности - правом на осуществление банковских операций. В то же время выделенная М.А. Татчуком и М.М. Прошуниным отдельная процедура, характерная исключительно для кредитных организаций, обусловлена установленной для договора банковского счета характеристикой публичного договора.

Следует учитывать, что операции с денежными средствами или иным имуществом, проводимые отдельными агентами финансового мониторинга, осуществляются в рамках банковских счетов, открытых в кредитных организациях, что указывает на осуществление ими дублирующего контроля, направленного на повышение эффективности системы ПОД/ФТ.

Тем не менее, банковская деятельность кредитных организаций, обуславливающая их особую роль среди иных агентов финансового мониторинга, характерна не только для данного типа организаций, но также и для квазибанков, которые не имеют банковской лицензии и не поднадзорны ЦБ РФ[13]. Следовательно, включение кредитных организаций в перечень агентов финансового мониторинга в силу их специальной правоспособности, должно предполагать включение в данный перечень и иных субъектов, обладающей аналогичной.

Между тем, рассматривая реализацию государственной корпорацией развития «ВЭБ.РФ» обладающей в силу законодательства правом на осуществление операций смежных или аналогичных банковским, требований ПОД/ФТ, следует отметить, что в перечне организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, установленном законодательством, она напрямую не поименована и ее участие в системе ПОД/ФТ реализовано посредством применения отсылочных норм в профильном законе государственной корпорации, устанавливающих, что к отношениям, возникающим при осуществлении ВЭБ.РФ возложенных на нее функций, применяются положения Гражданского кодекса Российской Федерации и принятых в соответствии с ним иных федеральных законов, а также положения Федерального закона от 7 августа 2001 года N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», установленные для кредитных организаций[2].

Таким образом, правовое регулирование деятельности кредитных организаций в системе ПОД/ФТ определяет правоспособность не только кредитных организаций, но и ВЭБ.РФ. Полагаем, что такой порядок включения государственной корпорации в систему ПОД/ФТ посредством приравнивания ее к кредитным организациям является недостаточно урегулированным и имеющим правовые дефекты[4]. Однако, указанные недостатки правовой регламентации ее участия не отменяют обоснованности ее включения в систему ПОД/ФТ.

В то же время ее выделение в качестве самостоятельного типа организации с точки зрения законодательства о ПОД/ФТ и соответствующего включения в установленный перечень организаций – агентов финансового мониторинга, потребует внесения государственной корпорации во все положения закона, применяемые в отношении кредитных организаций, что, по нашему мнению, не является соразмерным способом решения избыточности отсылочных норм.

Исходя из изложенного, полагаем, что в силу текущего правового регулирования термин «кредитная организация» с точки зрения законодательства о ПОД/ФТ определяет группу субъектов, объединяющую в себе кредитные организации в значении, устанавливаемом Федеральным законом «О банках и банковской деятельности», и государственную корпорацию развития «ВЭБ.РФ» при осуществлении ей операций характерных для банковской деятельности.

Библиография
1.
Федеральный закон от 02.12.1990 N 395-1 «О банках и банковской деятельности», Собрание законодательства РФ, 05.02.1996, N 6, ст. 492
2.
Федеральный закон от 17.05.2007 № 82-ФЗ «О государственной корпорации развития "ВЭБ.РФ», Собрание законодательства РФ, 28.05.2007, N 22, ст. 2562.
3.
Алексеева Д.Г. Банковская безопасность: правовые проблемы : автореферат дис. ... доктора юридических наук : 12.00.14 / Алексеева Диана Геннадьевна; [Место защиты: Рос. ун-т дружбы народов]. - Москва, 2011. - 48 с.
4.
Гладких А.А. Внешэкономбанк в системе субъектов, осуществляющих финансовый мониторинг // Финансовое право и управление. – 2018. – № 4. – С. 1-7. DOI: 10.7256/2454-0765.2018.4.29564 URL: https://nbpublish.com/library_read_article.php?id=29564
5.
Карамов И.Ф. К вопросу о субъектном составе финансового мониторинга как вида финансового контроля // Финансовое право. 2014. N 3. С. 28 - 32.
6.
Осипов А.В. Банковская система и финансовый мониторинг в РФ // Интерактивная наука. – 2017. – № 4 (14). – С. 184-186.
7.
Основы финансового мониторинга: Учебное пособие / Е.Г. Попкова, О.Е. Акимова; Под ред. Е.Г. Попковой.-М.: НИЦ ИНФРА-М, 2014. С. 56 – 57.
8.
Прошунин М.М. Финансовый мониторинг в системе противодействия легализации преступных доходов и финансированию терроризма : российский и зарубежный опыт : диссертация ... доктора юридических наук : 12.00.14 / Прошунин М.М.; [Место защиты: Рос. ун-т дружбы народов]. - Москва, 2010. - 416 с.
9.
Прошунин М.М., Татчук М.А. Финансовый мониторинг (противодействие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма): учебник. Калининград: Изд-во БФУ им. И. Канта, 2014. 417 с.
10.
Рождественская Т.Э., Гузнов А.Г. Надзор Банка России за исполнением основных обязанностей кредитных организаций в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма // Административное право и процесс. 2016. N 4. С. 35-40.
11.
Рыбакова С.В. Финансовая правосубъектность кредитных организаций // Журнал российского права. 2017. N 9. С. 47-54.
12.
Серова О.А. Теоретико-методологические и практические проблемы классификации юридических лиц современного гражданского права России: Монография / О. А. Серова. - М.: Издательство "Юрист", 2011. - 328 с.
13.
Тарасенко О.А. Квазибанки в банковской системе России // Законы России: опыт, анализ, практика. 2013. N 7. С. 82-86.
14.
Тарасенко О.А. Предпринимательская деятельнось субъектов банковской системы России (правовой аспект): диссертация ... доктора юридических наук: 12.00.03 / Тарасенко О.А.;[Место защиты: Государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)].- Москва, 2014.- 419 с.
References (transliterated)
1.
Federal'nyi zakon ot 02.12.1990 N 395-1 «O bankakh i bankovskoi deyatel'nosti», Sobranie zakonodatel'stva RF, 05.02.1996, N 6, st. 492
2.
Federal'nyi zakon ot 17.05.2007 № 82-FZ «O gosudarstvennoi korporatsii razvitiya "VEB.RF», Sobranie zakonodatel'stva RF, 28.05.2007, N 22, st. 2562.
3.
Alekseeva D.G. Bankovskaya bezopasnost': pravovye problemy : avtoreferat dis. ... doktora yuridicheskikh nauk : 12.00.14 / Alekseeva Diana Gennad'evna; [Mesto zashchity: Ros. un-t druzhby narodov]. - Moskva, 2011. - 48 s.
4.
Gladkikh A.A. Vneshekonombank v sisteme sub''ektov, osushchestvlyayushchikh finansovyi monitoring // Finansovoe pravo i upravlenie. – 2018. – № 4. – S. 1-7. DOI: 10.7256/2454-0765.2018.4.29564 URL: https://nbpublish.com/library_read_article.php?id=29564
5.
Karamov I.F. K voprosu o sub''ektnom sostave finansovogo monitoringa kak vida finansovogo kontrolya // Finansovoe pravo. 2014. N 3. S. 28 - 32.
6.
Osipov A.V. Bankovskaya sistema i finansovyi monitoring v RF // Interaktivnaya nauka. – 2017. – № 4 (14). – S. 184-186.
7.
Osnovy finansovogo monitoringa: Uchebnoe posobie / E.G. Popkova, O.E. Akimova; Pod red. E.G. Popkovoi.-M.: NITs INFRA-M, 2014. S. 56 – 57.
8.
Proshunin M.M. Finansovyi monitoring v sisteme protivodeistviya legalizatsii prestupnykh dokhodov i finansirovaniyu terrorizma : rossiiskii i zarubezhnyi opyt : dissertatsiya ... doktora yuridicheskikh nauk : 12.00.14 / Proshunin M.M.; [Mesto zashchity: Ros. un-t druzhby narodov]. - Moskva, 2010. - 416 s.
9.
Proshunin M.M., Tatchuk M.A. Finansovyi monitoring (protivodeistvie legalizatsii (otmyvaniyu) dokhodov, poluchennykh prestupnym putem, i finansirovaniyu terrorizma): uchebnik. Kaliningrad: Izd-vo BFU im. I. Kanta, 2014. 417 s.
10.
Rozhdestvenskaya T.E., Guznov A.G. Nadzor Banka Rossii za ispolneniem osnovnykh obyazannostei kreditnykh organizatsii v sfere protivodeistviya legalizatsii (otmyvaniyu) dokhodov, poluchennykh prestupnym putem, i finansirovaniyu terrorizma // Administrativnoe pravo i protsess. 2016. N 4. S. 35-40.
11.
Rybakova S.V. Finansovaya pravosub''ektnost' kreditnykh organizatsii // Zhurnal rossiiskogo prava. 2017. N 9. S. 47-54.
12.
Serova O.A. Teoretiko-metodologicheskie i prakticheskie problemy klassifikatsii yuridicheskikh lits sovremennogo grazhdanskogo prava Rossii: Monografiya / O. A. Serova. - M.: Izdatel'stvo "Yurist", 2011. - 328 s.
13.
Tarasenko O.A. Kvazibanki v bankovskoi sisteme Rossii // Zakony Rossii: opyt, analiz, praktika. 2013. N 7. S. 82-86.
14.
Tarasenko O.A. Predprinimatel'skaya deyatel'nos' sub''ektov bankovskoi sistemy Rossii (pravovoi aspekt): dissertatsiya ... doktora yuridicheskikh nauk: 12.00.03 / Tarasenko O.A.;[Mesto zashchity: Gosudarstvennyi yuridicheskii universitet imeni O.E. Kutafina (MGYuA)].- Moskva, 2014.- 419 s.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Представленная на рецензирование научная статья «К вопросу о правовом положении кредитных организаций как субъекта финансового мониторинга» подготовлена на актуальную тему, релевантную специализации журнала «Финансовое право и управление», поскольку, несмотря на институционализацию финансового мониторинга как направления деятельности, осуществляемого финансовыми учреждениями и конкретными государственными организациями в целях предупреждения, выявления и пресечения операций, связанных с легализацией доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, а также повышенный нормотворческий интерес к данному явлению, стройной системы взаимоотношений между его элементами (государственными структурами и негосударственными организациями) в настоящее время не сложил. При этом тем более актуальным представляется анализ правового статуса кредитных организаций как участника отношений в сфере финансового мониторинга, не наделенных традиционными полномочиями субъекта государственного финансового контроля.
Наименование научной статьи в целом соответствует ее содержанию, однако, к сожалению, автор не формулирует четкого понимания решаемой научной задачи, отмечая лишь, что «особый характер кредитной организации, как юридического лица, стал причиной формирования в науке неоднородных подходов к определению ее правоспособности», в то время как именно кредитные организации, имея своей основной сферой деятельности операции с денежными средствами, нередко «становятся объектом воздействия со стороны криминальных групп и отдельных личностей, которые с помощью денежных переводов и другими способами пытаются легализовать средства, полученные преступным путем». Ввиду указанного недостатка, остается непонятным, какого результата хочет добиться автор, в частности, планируется ли определить место и роль кредитных организаций в структуре отношений по осуществлению финансового мониторинга, выявить правовые или организационные проблемы реализации таких организаций применительно к сфере финансового мониторинга, предложить сократить или расширить перечень их полномочий и т.п.
Предмет исследования, следует полагать, составляют нормативные правовые акты и доктринальные источники, позволяющие определить содержание специальной правоспособности кредитной организации применительно к исследуемой сфере общественных отношений. Методология исследования, с учетом данного предмета, предполагает использование комплекса общенаучных и частно-научных (включая специально-юридические) методов – диалектического материализма, формально-юридического метода и т.д. Между тем, предмет и методология, цель исследования не обозначаются непосредственно в тексте работы, вследствие чего представленный на рецензирование материал приобретает несколько путаный и неструктурированный характер.
Стиль изложения рецензируемого произведения в целом научный, присутствует юридическая риторика. Основное содержание статьи посвящено дискуссии вокруг определению содержания правоспособности кредитных организаций в целом, а затем выделению круга обязанностей и полномочий данного субъекта финансового мониторинга на основе имеющихся научных и доктринальных источников по проблеме. Отдельным, несколько обособленным, блоком в рецензируемом произведении рассматриваются проблемы нормативного обеспечения включения государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» в систему противодействия легализации преступных доходов и финансированию терроризма. Данная проблематика в основном массиве текста выглядит несколько чужеродно, поскольку исследование правового статуса ВЭБ.РФ, несомненно, обладает качественной спецификой и требует отдельного рассмотрения. Необоснованно большой объем цитат включает в себя перечни из нормативных правовых актов, и приведение их в содержании научной статьи без комментариев и сокращений представляется некорректным. В то же время, некоторую научную ценность исследованию придает попытка сопоставить уникальные полномочия кредитной организации по отношении к иным агентами финансового мониторинга и кругом их обязанностей в рамах обязательного контроля, сопоставить эту специфику с особенностями правового статуса квазибанков.
В произведении присутствует апелляция к оппонентами, отдельные выводы и промежуточные доктринальные выкладки оцениваются в контексте современных научных исследований. Библиография представлена достаточным количеством источников (12 шт.). Вместе с тем, аргументация автора при выборе той или иной краеугольной теоретической концепции не всегда последовательно отражена в научной статье. Так, например, отмечая необходимость следовать предложенному О.А. Тарасенко подходу к вопросу квалификации правоспособности кредитных организаций, автор объясняет своей выбор исключительно тем, что «классификация агентов финансового мониторинга производится исходя из осуществляемой субъектами деятельности», в то же время, другие мнения не приводятся, о причинах отказа от их восприятия также не сообщается. Другой пример – «С.В. Рыбакова отметила, что одним из элементов финансовой правосубъектности кредитных организаций является совокупность прав и обязанностей в сфере обеспечения финансовой стабильности банковской системы; обеспечения законности и финансовой дисциплины в денежной и платежной системах и при совершении валютных операций». После приведения этой цитаты автор переходит в рассмотрению особого характера осуществляемой кредитной организацией деятельности, не приводя альтернативных источников и мнений, не аргументируя свой выбор «единственным в своем роде исследованием». В то же время, многие доктринальные источники, посвященные проблеме построения отношений в сфере финансового мониторинга, правовому статусу их субъектов, и заложившие основы понимания рассматриваемых проблем в доктрине финансового права, автором не анализируются (например: Левченко Е.И. К вопросу о понятии "субъект института финансового мониторинга" // Финансовое право. 2015. N 6. С. 44 – 48; Карамов И.Ф. К вопросу о субъектном составе финансового мониторинга как вида финансового контроля // Финансовое право. 2014. N 3. С. 28 – 32; Голец Г.А. Пробелы в национальном правовом регулировании деятельности субъектов финансового мониторинга // Международное публичное и частное право. 2010. N 4. С. 13 – 15) и др. Несмотря на практикоориентированный характер отдельных аспектов темы, материалы судебной практики в статье не исследуются.
Итоговые выводы автора по статье носят весьма размытый характер. Так, в частности, констатируется, что «что кредитные организации в системе ПОД/ФТ обладают особой ролью, обусловленной спецификой их деятельности», однако их полномочия в данной сфере наиболее «уникальны» и «обширны». Автор приводит факт, известный профессиональной читательской аудитории из базовой литературы, состоящий в том, что роль кредитных организаций «выражается не только в осуществлении первичного финансового мониторинга в сфере своей деятельности, но и в обеспечении реализации финансового мониторинга иными группами агентов». В то же время, не предлагается путей решения проблем, связанных с обеспечением баланса обязанностей и полномочий кредитной организации в исследуемой сфере общественных отношений, а равно проблем взаимодействия с иными участниками системы финансового мониторинга. Думается, наличие соответствующих выводов и предложений существенно повысило бы научную новизну и значимость исследования, а равно повысило бы интерес к произведению со стороны профильной читательской аудитории.
Научная новизна настоящего исследования, таким образом, ограничивается продолжением научной дискуссии вокруг проблем определения содержания правоспособности кредитных организаций в целом, а также выделения круга обязанностей и полномочий данного субъекта финансового мониторинга в рамках существующей системы.
Несмотря на высказанные замечания, представленный материал является структурированным, обоснованным и самостоятельным научным исследованием, обладающим некоторой степенью научной новизны, и может вызвать интерес у читательской аудитории журнала в контексте дальнейшего исследования проблем регламентации правового положения кредитных организаций в России.