Читать статью 'Обслуживание теневой экономики: банковская и парабанковская системы ' в журнале Национальная безопасность / nota bene на сайте nbpublish.com
Рус Eng Перевести страницу на:  
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Библиотека
ваш профиль

Вернуться к содержанию

Национальная безопасность / nota bene
Правильная ссылка на статью:

Обслуживание теневой экономики: банковская и парабанковская системы

Ермакова Эка Ревазиевна

ORCID: 0000-0001-8464-9605

кандидат экономических наук

доцент кафедры теоретической экономики и экономической безопасности, федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Национальный исследовательский Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарёва"

430004, Россия, республика Мордовия, г. Саранск, ул. Мордовская, 35, 195, кв. 78

Ermakova Eka

PhD in Economics

Associate professor, the Department of Theoretical Economics and Economic Security, National Research Ogarev Mordovia State University

430004, Russia, respublika Mordoviya, g. Saransk, ul. Mordovskaya, 35, 195, kv. 78

eka-tsulaya@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2454-0668.2020.6.34674

Дата направления статьи в редакцию:

13-12-2020


Дата публикации:

20-12-2020


Аннотация: Целью исследования является осмысление роли банковских и парабансковских институтов в обеспечении движения теневого капитала. Объектом исследования являются финансовые потоки, обслуживающие теневую экономику. Предметом исследования выступают отток капитала через банковскую и парабанковскую системы, сомнительные операции коммерческих банков, структура наличного денежного оборота. Методологической основой исследования послужили системный и комплексный подходы.В работе использованы общенаучные методы (научной абстракции, единства исторического и логического, анализа и синтеза, индукции и дедукции, методов сравнения и аналогии) и специальных методов познания (монетарные методы). Информационная база - официальные данные ЦБ РФ, Госкомстата.   Основными выводами исследования стали: - проводимая политика Банка России в отношении противодействию отмыванию доходов, полученных преступных путем дает ощутимые результаты (многократно снижаются объемы сомнительных операций, коммерческие банки, опасаясь приостановления или отзыва лицензий, не заинтересованы в обслуживании таких операций); - на фоне этого активно развивается более гибкий, экономически выгодный и неподконтрольный Банку России теневой банкинг (об этом свидетельствует рост роли парабанковской системы в обслуживании оттока капитала, в том числе), а также набирают популярность альтернативные финансовые инструменты, призванные скрыть аффилированных лиц и бенефициаров (ряд криптовалют); - текущая ситуация (распространение пандемии новой коронавирусной инфекции, нефтяные шоки) поспособствовала увеличению доли наличных денег в обращении, что является свидетельством расширения теневых отношений в стране. В связи с этим видится необходимость обеспечения прозрачности операций парабанковских институтов и их контроля со стороны государства.


Ключевые слова: Теневая экономика, банковская система, парабанковская система, отток капитала, сомнительные операции, денежная масса, наличные деньги, криптовалюты, офшоры, обналичивание денег

Статья написана при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований. Грант РФФИ №19-010-00869 «Теневая экономическая деятельность современной России: концептуализация, измерение, моделирование».
The article is written under financial support of Russian Fund of Fundamental Research. Grant №19-010-00869 “Shadow economic activity of modern Russia: conceptualization, measurement, modeling”.

Abstract: The goal of this article consists in understanding of the role of banking and parabanking institutions in ensuring shadow capital flow. The object of this research is the financial flows that serve shadow economy. The subject of this research is the capital outflow through banking and parabanking systems, shady transactions of commercial banks, and structure of money turnover. Methodological framework is comprised of systemic and integrated approaches. The article also employs the general scientific methods (scientific abstraction, unity of historical and logical, analysis and synthesis, induction and deduction, methods of comparison and analogy), as well as special methods of cognition (monetary methods). Information database contains the official data of the Central Bank of the Russian Federation and Federal State Statistics Service. The following conclusions were formulated: 1) Policy of combating money laundering conducted by the Bank of Russia yields tangible results (significant reduction in the volume of shady operations; commercial banks fearing suspension or revocation of license are not interested in servicing such operations); 2) This leads to active development of more flexible, cost-effective, and uncontrolled by the Bank of Russia shadow banking (this is testified by the the growing role of the parabanking system in servicing of capital outflows), as well as of alternative financial instruments intended to conceal the affiliated entities and beneficiaries are gaining popularity (a number of cryptocurrencies); 3) Current situation (novel coronavirus pandemic, oil shocks) contributed to increase of the share of capital in circulation, which indicates the spread of shadow relations in the country. Therefore, the author underlines the need to ensure transparency of operations of parabanking institutions and their control by the state.



Keywords:

cash, monetary mass, doubtable operations, outflow of capital, shadow banking, bank system, shadow economy, digital currency, offshore, cashing out

Развитие и активное внедрение современных информационных технологий в деятельность контрольно-надзорных органов власти, усиление межведомственного взаимодействия, построение архитектур информационной системы юридических лиц, держателей банковских карт, применение технологии блокчейна в банковском секторе – все это настолько способствовало многократному усилению прозрачности финансовых потоков за недолгие 4-5 лет. В купе с ужесточением политики Центробанка в отношении отмывания доходов, полученных преступным путем, на сегодняшний день «обеление» или обналичивание нелегальных доходов через структуры банковского сектора становится либо недоступным (так как типичные сомнительные операции подлежат блокировке), либо неприемлемо дорогим и рисковым делом.

Анализируя сальдо чистого оттока и притока капитала России (рисунок 1), можно сделать вывод о его высокой волатильности и резких скачках в отрицательной зоне в кризисы и периоды повышенной неопределенности.

Рисунок 1 – Динамика сальдо чистого оттока и притока капитала России

(по данным ЦБ РФ)

Статистические данные наглядно подтверждают усиление оттока капитала из страны в кризисные 2008 и 2014 годы; неопределенность 2020 г. уже привела к тому, что за первое полугодие текущего года отток капитала из страны превысил прошлогоднее значение за весь год. Стоит обратить внимание, что с начала века отток капитала обслуживается преимущественно небанковскими институтами: в 2008 г. порядка 60% оттока капитала произошло без участия банковских учреждений. В 2010 и 2012 г. сальдо чистого оттока и притока капитала, движение которого опосредовано банками, было положительным, а небанковский сектор вывел из страны 46,7 млрд. долл. и 72,4 млрд. долл., что сделало общий результат движения капитала отрицательным.

Динамика оттока и притока капитала отражает общее движение финансовых потоков в страну и за её пределы, большая доля которых, безусловно, формируется за счет совершения легальных операций. Вместе с тем, еще совсем недавно львиную долю в оттоке капитала занимали экспортно-импортные операции, которые ЦБ РФ расценивает как сомнительные (Рисунок 2).

Рисунок 2 – Доля сомнительных операций в оттоке капитала, % (рассчитано по данным ЦБ РФ)

Таким образом, мы можем наблюдать резкое сокращение доли сомнительных операций в общем объеме оттока капитала за пределы РФ с 84% в 2010 до 4,51% в 2019 г. При этом своего минимума сомнительные операции в оттоке капитала достигали в 2017 г. (0,41% от общего объема исходящих финансовых потоков). Такая картина объяснима совокупностью факторов, среди которых следующие. Во-первых, ужесточение политики мегарегулятора по отношению к кредитным учреждениям, проводящих сомнительные операции. Начиная с 2008 г. по настоящее время аннулировано 976 лицензий на осуществление банковской деятельности. Оздоровление банковского сектора, под эгидой которого происходит отзыв лицензий на осуществление банковской деятельности, не всегда мотивировано недостаточностью капитала банка. За последние 3 года среди главных причин - нарушения банками требований антиотмывочного законодательства. Во-вторых, цифровизация налогового учета и контроля, внедрение он-лайн касс, маркировка товаров. Есть и третий, немаловажный фактор сокращения объемов сомнительных операций, поведенных через банковский сектор – для них используются институты парабанковской системы, которые неподотчетны ЦБР. Последнее, наряду с низкой комиссией, взимаемой институтом парабанковского сектора, делает его особенно привлекательным для организаций теневого сектора.

Сегодняшнему этапу развития экономики России присущ целенаправленный вывод капитала за границу в оффшорные юрисдикции, список которых весьма обширен, - в их числе Сейшельские острова, Содружество Доминиканы, Монако, Бахрейн и проч.). Это позволяет избежать минимизировать налоговую нагрузку. Имитация внешнеторговой деятельности используется для легализации доходов, полученных в теневом секторе.

Объем сомнительных операций, осуществляемых через банковскую сеть, имеет устойчивую тенденцию к сокращению. Но несмотря на то, что он многократно сократился, все еще исчисляется миллиардами рублей. Сомнительные операции представлены операциями по выводу денежных средств за границу и операциями по обналичиванию (Рисунок 3).

Рисунок 3 – Динамика сомнительных операций (по данным ЦБ РФ)

Сокращение сомнительных операций как по обналичиванию денег, так и по объемам вывода денежных средств за границу произошло более, чем в 7 раз в сравнении с базовым 2015 годом.

При этом претерпевает изменение сама структура этих операций (Рисунки 4). Традиционным способом вывода денежных средств считаются фальсифицированные экспортно-импортные операции, операции с ценными бумагами не столь популярны, а, к примеру, относительно новой схемой вывода средств считается вывод по исполнительным листам, когда зарубежный контрагент выставляет инкассо российскому псевдо-импортеру. Банкам при этом тяжело принять какие-либо меры по предотвращению таких сомнительных операций. По действующему законодательству банк обязан исполнить судебный лист или постановление приставов, даже если имеются веские основания полагать, что исполнительный документ является частью схемы, нацеленной на отмывание средств или вывод их в незаконный оборот. Все популярнее в виду своей относительной простоты становится вывод средств через страны Таможенного союза (19% всех сомнительных операций по выводу средств в 2019 г.).

Сложно контролируются и идентифицируются как сомнительные операции с ценными бумагами, поэтому они тоже начинают активнее использоваться для легализации доходов.

Спрос на теневые услуги банковского сектора формируется преимущественно в строительном секторе (37% в 2019 г.), секторе услуг (25% в 2019 г.) и торговле (24% в 2019 г.).

Рисунок 4 – Сомнительные операции по выводу средств, млрд. руб.

(по данным ЦБ РФ)

В структуре транзитных операций повышенного риска, которые предшествуют обналичиванию и выводу денежных средств за рубеж, часто сопровождаются сменой оснований входящих и исходящих платежей, наибольшую долю занимает обналичивание денежных средств через счета и платежные карты физических лиц (Рисунок 5). Зачастую для этого создаются фиктивные рабочие места и деньги выводятся под видом выдачи заработной платы.

Рисунок 5 – Сомнительные операции по обналичиванию (по данным ЦБ РФ)

На фоне оценок масштабов теневой экономики в России статистика по сокращению объемов сомнительных операций и «обелению» доходов, полученных преступных путем, выглядит парадоксально.

Различные источники по-разному оценивают масштабы теневой экономики в России: от 15 до 40% ВВП страны. Согласно официальным подсчетам Росстата, объем «теневой экономики» в 2018 г. составил 15-16% ВВП, что в 2-2,5 раза меньше оценок иных экспертов и информационных агентств.

По данным МВФ на 2018 г., доля «теневой» экономики России составляет 33,7% ВВП (это сопоставимо со странами Латинской Америки и Африки).

Исследование международной Ассоциации дипломированных сертифицированных бухгалтеров (ACCA) указывает на то, что в 2017 г. Россия вошла в пятерку крупнейших теневых экономик, размер которой составил 33,6 трлн руб., или 39% от ВВП страны в 2016 г. Согласно данному исследованию, показатель теневой экономики в России на 84% превышает средний уровень в мире.

О расширении теневых отношений в текущий момент может свидетельствовать структура денежной массы (денежного агрегата М2), в которой, начиная с апреля 2020 г. утяжеляется вес наличных денег в обращении, при этом темп прироста наличности опережает темп прироста самой денежной массы (Таблица 1).

Таблица 1 – Наличные деньги (М0) и денежная масса (М2)

М2, млрд. руб.

Наличные деньги (M0), млрд. руб.

Доля наличных денег в денежной массе, %

Темп прироста М0,%

Темп прироста денежной массы, %

01.01.2019

47 109,3

9 339,0

19,8

-

-

01.02.2019

45 721,2

8 989,9

19,7

-3,74

-2,95

01.03.2019

46 212,6

9 029,7

19,5

0,44

1,07

01.04.2019

46 141,2

8 980,6

19,5

-0,54

-0,15

01.05.2019

46 435,9

9 113,8

19,6

1,48

0,64

01.06.2019

46 735,3

9 110,7

19,5

-0,03

0,64

01.07.2019

47 349,4

9 192,8

19,4

0,90

1,31

01.08.2019

47 351,0

9 254,2

19,5

0,67

0,00

01.09.2019

47 584,1

9 367,6

19,7

1,23

0,49

01.10.2019

48 266,8

9 411,9

19,5

0,47

1,43

01.11.2019

48 082,4

9 354,6

19,5

-0,61

-0,38

01.12.2019

49 195,3

9 394,0

19,1

0,42

2,31

01.01.2020

51 660,3

9 658,4

18,7

2,81

5,01

01.02.2020

50 622,9

9 489,0

18,7

-1,75

-2,01

01.03.2020

51 314,2

9 670,8

18,8

1,92

1,37

01.04.2020

52 327,0

10 241,0

19,6

5,90

1,97

01.05.2020

52 951,7

10 912,0

20,6

6,55

1,19

01.06.2020

53 068,0

11 209,3

21,1

2,72

0,22

01.07.2020

54 392,6

11 516,4

21,2

2,74

2,50

01.08.2020

54 687,4

11 817,8

21,6

2,62

0,54

01.09.2020

55 294,2

11 951,3

21,6

1,13

1,11

01.10.2020

56 023,9

12 072,8

21,5

1,02

1,32

01.11.2020

55 871,6

12 157,7

21,8

0,70

-0,27

Как показывают данные таблицы 1, стабильная на протяжении всего прошлого года доля наличных денег в обращении начала увеличиваться в апреле этого года нетипичными для ежемесячных значений темпами. Ограничительные меры в пандемийный период поспособствовали уходу на время в тень тех бизнес-структур, которые испытали максимально сильные шоки спроса.

В обслуживании теневых процессов в России все большую роль начинает играть так называемый теневой банкинг, который представляет собой систему парабанковских институтов, осуществляющих операции по перемещению и переливу капиталов, но данные институты не попадают под контроль Мегарегулятора. К институтам теневого банкинга следует отнести: хеджевые фонды, специальные паевые фонды, инвестирующие в рынки ликвидности и государственные ценные бумаги, структурные инвестиционные фонды.

Институты теневого банкинга имеют огромные преимущества перед коммерческими банками: они занимаются рискованными операциями, издержки ведения их деятельности гораздо ниже, чем у кредитного учреждения (экономия на отчислениях в резервы очевидна), однако их деятельность не попадает под надзор главного финансового регулятора страны, выстраивающего столь жесткую политику относительно коммерческих банках, замеченных в сомнительных операциях. Этим пользуются как сами институты теневого банкинга, так и многочисленные клиенты, желающие вывести деньги офшоры или скрыть бенефициара сделки.

Помимо теневого банкинга альтернативным инструментом теневых операций становятся отдельные криптовалюты, написанные специально с целью обеспечения анонимности и аффилированных лиц (монеро, дэш, вердж и многие другие). Они используют перетасовки открытых ключей пользователей, сервисы перемешивания платежей, оставляя операции обезличенными.

Обобщая вышесказанное, можно отметить, что теневая сфера экономической деятельности модифицируется, расширяется/сужается, перемещается на новые уровни под воздействием внешних процессов: законодательных, политических, социокультурных, конъюнктурных, институциональных. Поэтому и мероприятия, направленные на борьбу с теневыми процессами, не могут быть универсальны, а должны быть адаптированы к текущей экономической действительности.

Деятельность парабанковских институтов, так же, как и распространение криптовалют, деривативов, производных финансовых инструментов должна быть прозрачной и не идти в разрез интересам обеспечения национальной безопасности страны.

Библиография
1.
Адрианов В., Кривопустова Е. Офшоры и деофшоризация экономики / В. Адрианов. – Общество и экономика 2014.-№5. – С.53-91.
2.
Адрианов В.Д., Кривопустова Е. С. Причины, динамика и масштабы оттока капитала из экономики России /В. Д. Андрианов. – Деньги и кредит. – 2015.-№2. – С.61-65.
3.
Алексеевских А. Капитал выводят через приставов. – [Электронный ресурс] – Режим доступа: https://iz.ru/news/703940.
4.
Архипова В. В. Институциональные источники финансовой нестабильности / В. В. Архипова.-Современная Европа.-2016.-№ 5.-С.103-114.
5.
Дадашев А., Танющева Н. Теневой капитал и система противодействия его кругообороту / А. Дадашев. – Экономист. – 2016.-№9. – С.84-91.
6.
Ермакова Э.Р., Лизина О.М. Специфика теневой экономической деятельности в России // Финансы и кредит. — 2020. — Т. 26, № 9. — С. 123 — 143. Институты финансовой безопасности: монография / И. И. Кучеров. – М.: ИНФРА-М, 2018. – 246 с.
7.
Купрещенко Н. П., Илюхина Р. В., Зуева А. С. Методология и методы экономической и правовой оценки теневой экономики: монография / Купрещенко Н. П., Илюхина Р. В., Зуева А. С. – М.: Lennex Corp, Издательство Нобель Пресс, 2013. – 200 с.
8.
Купрещенко Н. Теоретико-методологические основы оценки теневой экономики при обеспечении экономической безопасности России: монография / Н. П. Купрещенко. – М.: «Дашков и К», 2019. – 215 с.
9.
Лизина О. М. Влияние теневой экономики на общественное воспроизводство / О. М. Лизина. – Конкурентоспособность в глобальном мире: экономика, наука, технологии. – 2016.-№9-3(25). – С.167-170.
References
1.
Adrianov V., Krivopustova E. Ofshory i deofshorizatsiya ekonomiki / V. Adrianov. – Obshchestvo i ekonomika 2014.-№5. – S.53-91.
2.
Adrianov V.D., Krivopustova E. S. Prichiny, dinamika i masshtaby ottoka kapitala iz ekonomiki Rossii /V. D. Andrianov. – Den'gi i kredit. – 2015.-№2. – S.61-65.
3.
Alekseevskikh A. Kapital vyvodyat cherez pristavov. – [Elektronnyi resurs] – Rezhim dostupa: https://iz.ru/news/703940.
4.
Arkhipova V. V. Institutsional'nye istochniki finansovoi nestabil'nosti / V. V. Arkhipova.-Sovremennaya Evropa.-2016.-№ 5.-S.103-114.
5.
Dadashev A., Tanyushcheva N. Tenevoi kapital i sistema protivodeistviya ego krugooborotu / A. Dadashev. – Ekonomist. – 2016.-№9. – S.84-91.
6.
Ermakova E.R., Lizina O.M. Spetsifika tenevoi ekonomicheskoi deyatel'nosti v Rossii // Finansy i kredit. — 2020. — T. 26, № 9. — S. 123 — 143. Instituty finansovoi bezopasnosti: monografiya / I. I. Kucherov. – M.: INFRA-M, 2018. – 246 s.
7.
Kupreshchenko N. P., Ilyukhina R. V., Zueva A. S. Metodologiya i metody ekonomicheskoi i pravovoi otsenki tenevoi ekonomiki: monografiya / Kupreshchenko N. P., Ilyukhina R. V., Zueva A. S. – M.: Lennex Corp, Izdatel'stvo Nobel' Press, 2013. – 200 s.
8.
Kupreshchenko N. Teoretiko-metodologicheskie osnovy otsenki tenevoi ekonomiki pri obespechenii ekonomicheskoi bezopasnosti Rossii: monografiya / N. P. Kupreshchenko. – M.: «Dashkov i K», 2019. – 215 s.
9.
Lizina O. M. Vliyanie tenevoi ekonomiki na obshchestvennoe vosproizvodstvo / O. M. Lizina. – Konkurentosposobnost' v global'nom mire: ekonomika, nauka, tekhnologii. – 2016.-№9-3(25). – S.167-170.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предметом исследования автора является деятельность российской банковской и парабанковской систем в аспекте обслуживания теневых денежных потоков. Несмотря на ужесточение банковского законодательства, повышения информационной прозрачности денежно-кредитной сферы в том числе с применением новейших информационных технологий, теневой сектор продолжает составлять существенную долю не только отечественной, но и глобальной экономики. Глобализация производственных цепочек, включенность страны в потоки мирового капитала уже сами по себе создают дополнительные ниши, где формируется спрос на теневые услуги банковского и парабанковского секторов.

Методология исследования строится на анализе структуры теневых потоков капитала и финансов, выявления наиболее криминогенных секторов и инструментов, еще не охваченных действенной системой контроля со стороны Центрального банка России. Однако автор не принимает во внимание экономические причины, которые стимулируют не только существование теневого сектора, но и его высокую долю в РФ даже по мировым масштабам. Очевидно, что ужесточение контроля лишь один из инструментов борьбы с теневой экономикой, помимо этого необходимо выявлять коренные причины ее возникновения, институциональные структуры, обеспечивающие воспроизводство и расширение теневых структур и, соответственно, финансовых инструментов ее обслуживания.

Теневая экономика приносит ущерб прежде всего бюджетному потенциалу РФ и ее субъектам, что особенно болезненно в условиях мирового финансового кризиса, режима санкций и пандемии. Апелляции к тому, что теневая экономика обеспечивает дополнительную занятость и может каким-то образом смягчать социальные проблемы, при внимательном анализе свидетельствует об обратном – это прямой вычет из общего объема общественного благосостояния. Поэтому актуальность изучения данного феномена представляется несомненной, однако особо ценными являются исследования, которые предлагают действенные методы по снижению теневого сектора в экономической системе страны.

Научная новизна авторского подхода заключается в систематизации накопленных к настоящему моменту данных по роли и объемам теневого сектора, сегментирование финансовых институтов и инструментов обслуживания теневых операций. Однако, как мы уже отметили выше, автор сосредоточил фокус исследования на оценках объемов теневого сектора, лишь вскользь касаясь причин его устойчивого существования, что как раз является особенно интересным как для науки, так и для практики борьбы с теневой экономикой.

К достоинствам статьи следует отнести ясность изложения материала, его четкую структурированность, хороший иллюстративный аппарат. Автор ясно формулирует тезисы, убедительно их аргументирует, привлекает актуальный материал для своего исследования. Статью интересно читать.

Библиография включает 9 источников, что, на наш взгляд, несколько недостаточно для научной статьи. Обращает на себя внимание то, что в списке литературы преобладают источники методологического характера оценки теневой экономики, тогда как было бы интересно ознакомиться с иными актуальными научными исследованиями по данной теме, быть может с иностранными работами.

Вместе с тем, высказанные замечания не умаляют достоинств статьи. Хотелось бы порекомендовать автору расширить заключение за счет более четко сформулированных выводов и предложение, направленных на сокращение теневой экономики в РФ. Но даже сейчас статья представляет несомненный интерес как для научных работников, так и для специалистов-практиков.