Поляков А.С., Киевич А.В., Майорова М.А., Малиновских Д.М., Агаркова П.М. Черты личности по модели «Большая пятерка» как предикторы адаптации студентов первого курса к условиям вуза Раскраски по номерам для детей
Рус Eng Cn Перевести страницу на:  
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Библиотека
ваш профиль

Вернуться к содержанию

Психолог
Оформленная ссылка на статью:

Черты личности по модели «Большая пятерка» как предикторы адаптации студентов первого курса к условиям вуза

Поляков Александр Сергеевич

ORCID: 0000-0003-3643-9851

кандидат психологических наук

доцент; Кафедра психологии; Московский международный университет

125040, Россия, г. Москва, Беговой р-н, Ленинградский пр-кт, д. 17

Polyakov Aleksandr Sergeevich

PhD in Psychology

Associate Professor; Department of Psychology; Moscow International University

17 Leningradsky ave., Begovoy district, Moscow, 125040, Russia

aleksandr-pv@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Киевич Ангелина Викторовна

студент; Высшая школа социально-гуманитарных наук; Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова

115054, Россия, г. Москва, р-н Замоскворечье, Стремянный пер., д. 36

Kievich Angelina Viktorovna

student; Higher School of Social Sciences and Humanities; Plekhanov Russian University of Economics

36 Stremyanny Lane, Zamoskvorechye district, Moscow, 115054, Russia

kievichangelina@mail.ru
Майорова Милена Алексеевна

студент; Высшая школа социально-гуманитарных наук; Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова

115054, Россия, г. Москва, р-н Замоскворечье, Стремянный пер., д. 36

Maiorova Milena Alekseevna

student; Higher School of Social Sciences and Humanities; Plekhanov Russian University of Economics

36 Stremyanny Lane, Zamoskvorechye district, Moscow, 115054, Russia

milena_ladybird@mail.ru
Малиновских Диана Михайловна

студент; Высшая школа социально-гуманитарных наук; Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова

115054, Россия, г. Москва, р-н Замоскворечье, Стремянный пер., д. 36

Malinovskih Diana Mihailovna

student; Higher School of Social Sciences and Humanities; Plekhanov Russian University of Economics

36 Stremyanny Lane, Zamoskvorechye district, Moscow, 115054, Russia

lumina_mist@mail.ru
Агаркова Полина Михайловна

студент; Высшая школа социально-гуманитарных наук; Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова

115054, Россия, г. Москва, р-н Замоскворечье, Стремянный пер., д. 36

Agarkova Polina Mihailovna

student; Higher School of Social Sciences and Humanities; Plekhanov Russian University of Economics

36 Stremyanny Lane, Zamoskvorechye district, Moscow, 115054, Russia

agarkova.pm@gmail.com

DOI:

10.25136/2409-8701.2026.3.79183

EDN:

JBIPTA

Дата направления статьи в редакцию:

06-04-2026

Дата последней доработки рукописи автором:

20-05-2026 21:45

Дата получения положительной рецензии с рекомендацией «опубликовать»:

22-05-2026 08:34

Статья публикуется в одобренном рецензентами варианте (после получения положительной рецензии, рекомендующей рукопись к публикации) с исправлениями автора (внесенными им после получения замечаний редактора, если такие были). Рецензия опубликована в открытом доступе непосредственно за текстом самой статьи. Все варианты авторских исправлений хранятся в депозитарии издательства и могут быть доступны по требованию уполномоченных организаций.
Прочитать рецензию на эту статью

Дата публикации:

22-05-2026

Аннотация: Данная работа посвящена изучению прогностического потенциала модели личностных черт «Большая пятерка» в контексте адаптации студентов первого курса к условиям вуза. Объектом исследования являются черты личности «Большая пятерка» студентов первого курса. Предметом исследования выступает прогностическая роль экстраверсии, доброжелательности, добросовестности, нейротизма и открытости опыту в адаптации первокурсников к учебной деятельности и студенческой группе. В статье формулируется общая гипотеза о том, что черты «Большой пятерки» выступают значимыми предикторами адаптации первокурсников, а также система частных гипотез, предполагающих разнонаправленное влияние отдельных черт личности на учебную и социальную адаптацию. Особое внимание уделяется недостатку отечественных исследований, непосредственно связывающих пятифакторную модель с разными аспектами адаптации студентов первого курса, чем обосновывается актуальность представленной работы. Для диагностики черт личности использовалась методика «Краткая версия Big Five Inventory‑2», и для оценки адаптации к учебной деятельности и группе – «Адаптированность студентов в вузе». Выборка составила 735 первокурсников в возрасте от 16 до 24 лет (медиана 18). Статистический анализ выполнен в Jamovi с использованием корреляции и линейной регрессии. Основным выводом проведенного исследования является подтверждение прогностического потенциала модели «Большая пятерка» в отношении адаптации студентов-первокурсников. Установлено, что нейротизм выступает значимым предиктором не только адаптации к учебной группе, но и к учебной деятельности, что расширяет представления о роли эмоциональной стабильности в образовательном процессе. Доброжелательность, вопреки ожиданиям, не оказывает значимого влияния на адаптацию к группе, тогда как экстраверсия является ключевым предиктором для обоих аспектов адаптации. Добросовестность и открытость опыту значимо связаны только с учебной деятельностью, но не с групповой адаптацией. Полученные результаты впервые на российской выборке демонстрируют уточненную структуру влияния черт личности «Большой пятерки» на процесс адаптации студентов к условиям вуза.


Ключевые слова:

Пятифакторная модель личности, Личностные черты, Адаптация студентов, Первокурсники, Адаптация к учебе, Адаптация к группе, Высшее образование, Образовательная среда, Прогностическая модель, Психолого-педагогическое сопровождение

Abstract: This work is devoted to studying the predictive potential of the Big Five personality trait model in the context of first-year students’ adaptation to university conditions. The object of the study is the Big Five personality traits of first-year students. The subject of the study is the predictive role of extraversion, agreeableness, conscientiousness, neuroticism, and openness to experience in first-year students’ adaptation to academic activities and the student group. The article formulates a general hypothesis that Big Five traits serve as significant predictors of first-year students’ adaptation, as well as a system of specific hypotheses suggesting multidirectional effects of individual personality traits on academic and social adaptation. Particular attention is paid to the lack of domestic research directly linking the five-factor model to different aspects of first-year students’ adaptation, which justifies the relevance of the presented work. To diagnose personality traits, the "Brief Version of the Big Five Inventory‑2" was used, and to assess adaptation to academic activities and the student group, the "Student Adaptability to University" questionnaire was employed. The sample consisted of 735 first-year students aged 16 to 24 years (median age 18). Statistical analysis was performed using Jamovi, applying correlation and linear regression. The main conclusion of the conducted study is the confirmation of the predictive potential of the Big Five model with respect to first-year students’ adaptation. It was found that neuroticism is a significant predictor not only of adaptation to the student group but also of adaptation to academic activities, which expands the understanding of the role of emotional stability in the educational process. Agreeableness, contrary to expectations, does not have a significant effect on group adaptation, whereas extraversion is a key predictor for both aspects of adaptation. Conscientiousness and openness to experience are significantly related only to academic adaptation, but not to group adaptation. The obtained results, for the first time in a Russian sample, demonstrate a refined structure of the influence of Big Five personality traits on the process of students’ adaptation to university conditions.


Keywords:

Five-factor model of personality, Personality traits, Student adaptation, First-year students, Adaptation to academic activities, Adaptation to study group, Higher education, Educational environment, Predictive model, Psychological and pedagogical support


Введение.

Современная научная психология демонстрирует устойчивый тренд к повышению строгости и надежности исследований, а соответственно и увеличению прогностической валидности полученных результатов. Это определяется логикой развития научного знания и стремлением психологии к получению знания, которое не просто может объяснить происходящие явления, но и даёт возможность прогнозировать поведение субъекта, его состояние, его развитие и т.д. [3; 16] В связи с этим важной задачей становится поиск переменных (феноменов), обладающих не только надежной объяснительной, но и предсказательной силой в отношении широкого круга психологических феноменов. Одним из наиболее эмпирически обоснованных конструктов такого рода в современной психологии выступает модель личностных черт «Большая пятерка» (пятифакторная модель личности). Массив исследований, использующих данную модель в качестве предиктивного инструмента, стремительно растет, охватывая профессиональную деятельность, психологическое консультирование, образование, профориентацию и смежные области [23]. В связи с этим особый интерес вызывает прогностический потенциал «Большой пятерки» в контексте адаптации студентов к условиям обучения в высшем учебном заведении. Известно, что успешность прохождения начального периода обучения в значительной степени детерминирует всю последующую образовательную траекторию [10]. Выявление вклада конкретных личностных черт в процесс адаптации позволит не только оценить релевантность пятифакторной модели для прогноза студенческой адаптации, но и определить мишени психолого-педагогического сопровождения первокурсников.

Всё вышесказанное определяет цель данного исследования – определить прогностический потенциал модели черт «Большая пятерка» для прогнозирования адаптации студентов первого курса к условиям вуза. Объектом выступают черты личности «Большая пятерка» студентов первого курса, предметом – черты личности «Большая пятерка» как предиктор адаптации студентов первого курса к условиям вуза. В основу исследования легло предположение, что черты «Большой пятерки» являются значимыми предикторами адаптации студентов первого курса к учебной деятельности и студенческой группе, которое выдвинуто в качестве общей гипотезы (1). Она конкретизируется в системе частных гипотез, предполагающих дифференцированное влияние отдельных черт на различные аспекты адаптации:

нейротизм негативно влияет на адаптацию студентов к учебной группе, но при этом никак не сказывается на адаптации в учебной деятельности (1а);

доброжелательность и экстраверсия положительно связаны с адаптацией к учебной группе, но не выступают предикторами адаптации к учебной деятельности (1б);

добросовестность и открытость опыту положительно влияют на адаптацию к учебной деятельности, но не определяют адаптацию к учебной группе (1в).

Данное разделение общей гипотезы позволяет осуществить более дифференцированный подход к прогнозированию влияния личностных черт на адаптацию студентов и уточнить роль каждого из доменов «Большой пятерки» в успешности вхождения первокурсников в образовательную среду вуза.

Теоретическая основа работы

Модель «Большая пятерка» является результатом многолетних исследований, начатых Г. Олпортом и Р. Кеттеллом. Модель описывает личность через пять независимых доменов, которые воспроизводятся в различных культурах и на разных языках [19]. В современной психологии, в том числе в клинической сфере (МКБ‑11), эти черты рассматриваются как диспозиционные основы индивидуальных различий [9]. Нейротизм понимается как склонность переживать негативные эмоции – тревогу, страх, гнев, депрессию – и характеризуется низкой эмоциональной стабильностью, уязвимостью к стрессу. Экстраверсия – это направленность на внешний мир, общительность, активность, стремление к социальным контактам и позитивная эмоциональность. Открытость опыту включает любознательность, гибкость, эстетическую чувствительность, готовность к новому. Добросовестность проявляется как организованность, ответственность, целеустремлённость, самодисциплина, стремление к достижениям. Доброжелательность – это доверие, альтруизм, уступчивость. Многими авторами проводятся исследования прогностических возможностей «Большой пятерки». Исследователи предполагают, что черты личности являются важным предиктором моделей поведения или принятых решений [7; 8; 15]. Мета-анализ 2021 года показал, что черты «Большой пятерки» предсказывают академическую успеваемость, профессиональную эффективность, удовлетворённость отношениями, психическое и физическое здоровье [23].

Таким образом, личностные черты играют значимую роль в том числе и в ситуациях, требующих активного приспособления к принципиально новой социальной среде. Одним из таких ключевых периодов является начало обучения в высшем учебном заведении. Адаптация студентов первого курса к условиям вуза традиционно понимается как процесс активного приспособления индивида к изменяющимся условиям среды, результатом которого является состояние адаптированности – относительное равновесие между требованиями среды и возможностями субъекта [1; 4].

Для первокурсника среда вуза включает как учебные требования (лекции, семинары, зачёты, самостоятельная работа), так и социальный контекст (студенческая группа, преподаватели, администрация) [11]. В связи с этим большинство авторов выделяют два ключевых аспекта адаптации. Первый – адаптация к учебной деятельности (академическая) – представляет собой усвоение новых форм и методов обучения, организацию самостоятельной работы, принятие учебных требований, формирование учебной мотивации. Второй – адаптация к учебной группе (социальная) – включает вхождение в новый коллектив, установление межличностных отношений, принятие групповых норм, взаимодействие с сокурсниками и преподавателями [6; 12]. Кроме того, иногда выделяют личностную (психофизиологическую) адаптацию – снижение тревожности, преодоление стресса, формирование новой студенческой идентичности [5].

Эмпирические исследования связи черт «Большой пятерки» с адаптацией студентов обосновали ряд устойчивых закономерностей. Высокий нейротизм отрицательно связан с академической успеваемостью, удовлетворённостью учебой и социальным благополучием. Студенты с высоким нейротизмом чаще испытывают тревогу на экзаменах, труднее переносят критику, склонны к избеганию трудных заданий. В социальном плане нейротизм связан с неуверенностью в себе, подозрительностью и конфликтностью, что затрудняет коммуникацию в группе [20; 22]. Экстраверсия традиционно рассматривается как предиктор социальной адаптации (активные студенты легче заводят друзей, участвуют в групповых проектах, получают социальную поддержку) [13]. Доброжелательность, как ожидается, способствует кооперации и принятию в группе, но может не влиять на учебную деятельность, поскольку чрезмерная уступчивость иногда снижает академическую настойчивость [21]. Добросовестность является самым сильным позитивным предиктором академической успеваемости среди всех черт «Большой пятерки», организованные, ответственные студенты лучше планируют время, выполняют задания, соблюдают дедлайны [17]. Открытость опыту также положительно связана с учебными достижениями, особенно в гуманитарных и творческих специальностях, хотя эффект менее стабилен [18].

При всем разнообразии работ, посвященных изучению состоятельности модели «Большая пятерка», отечественных работ, напрямую связывающих черты «Большой пятёрки» с адаптацией студентов первого курса, с разделением показателей на учебную и социальную адаптации, до настоящего исследования не было.

Материалы и методы.

Для проверки выдвинутых гипотез применялся метод психологического тестирования с использованием двух психодиагностических методик. В первую очередь необходимо было определить методику для диагностики личностных черт по модели «Большая пятерка». В России существует несколько вариантов психологических тестов, которые позволяют решить поставленную задачу. Для данного исследования была взята, адаптированная на российской выборке в 2020 году А. М. Мишкевичем, С. А. Щебетенко и А. Ю. Калугиным, краткая версия методики «Big Five Inventory-2» разработанная К. Дж. Сото и О. П. Джоном [2]. Выбор краткой версии был обусловлен оптимальным количеством вопросов (в данной версии их 30), а также надежными психометрическими показателями. Данная версия опросника определяет не только пять ключевых черт личности: экстраверсия, открытость опыту, нейротизм (негативная эмоциональность), добросовестность и доброжелательность, но и аспекты (фасеты) для каждой черты. Авторы успешно проверили валидность и надежность каждой шкалы и методики в целом, однако если опираться на показатели альфа Кронбаха, то для основных черт личности показатель варьировался от 0,65 до 0,79, и это соответствует хорошему показателю надежности (достаточный для научного анализа), а вот по дополнительным шкалам (фасетам) показатель альфа Кронбаха варьируется от 0,22 до 0,74, что вызывает настороженность для их применении и в данном исследовании субшкалы черт «Большой пятерки» не использовались.

Вторая психодиагностическая методика должна была определить показатели адаптации у студентов первого курса к условиям вуза. В рамках поставленных задач наиболее подходящим инструментом оказался опросник «Адаптированность студентов в вузе», разработанный отечественными авторами Т.Д. Дубовицкой и А.В. Крыловой [6]. Он состоит из 24 вопросов, при ответе на которые можно получить показатели по двум шкалам: адаптация к учебной группе и адаптация к учебной деятельности. Несмотря на использование в названии методики термина «адаптированность», методика направлена именно на адаптацию к условиям вуза, т.к. авторы отмечают, что используют данный термин для обозначения результативной стороны процесса адаптации. Авторы также успешно проверили валидность и надежность каждой шкалы, показатели альфа Кронбаха варьировались от 0,90 до 0,92.

Полученные при помощи методик: «Краткая версия Big Five Inventory‑2» и «Адаптированность студентов в вузе» результаты были проанализированы математико-статистическими методами. Дескриптивный анализ применялся для описания средних значений и стандартного отклонения, возможность прогнозирования адаптации вычислялась при помощи корреляционного анализа и методом линейной регрессии. Расчеты проводились в программе Jamovi.

В качестве респондентов выступили студенты трех московских вузов: Государственный университет просвещения, Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова, Московский международный университет. Общее количество опрошенных 735 студентов первого курса в возрасте от 16 до 24 лет (медиана 18), из них обучающихся мужского пола – 258 (35,1%) человек, женского пола – 477 (64,9%) человек. Все опрашиваемые обучались в бакалавриате. Распределение по направлениям обучения следующее: информационные системы и технологии – 34 (4,6%) студента; психология – 49 (6,7%) студентов; экономика – 46 (6,2%) студентов; менеджмент – 68 (9,3) студентов; управление персоналом – 21 (2,7%) студент; бизнес-информатика – 17 (2,1%) студентов; юриспруденция – 93 (12,8%) студента; реклама и связи с общественностью – 103 (14,2%) студента; журналистика – 83 (11,4%) студента; медиакоммуникации – 63 (8,6%) студента; филология – 11 (1,3%) студентов; лингвистика – 99 (13,6%) студента; не указали направление – 48 (6,5%) студентов.

Опрос проходил с применением дистанционных технологий с применением гугл-формы. Для повышения достоверности ответов диагностика была полностью анонимной, персональные данные не собирались, прохождение психологического тестирование носило добровольный характер.

Результаты

Результаты описательной статистики по опроснику «Адаптированность студентов в вузе» представлены в таблице 1. Авторами методики не были обозначены стандартизированные нормы, поэтому интерпретация полученных данных затруднительна. Можно отметить, что результаты, полученные в данном исследовании, в целом соответствуют результатам, полученным авторами методики (Дубовицкая Т.Д. и Крылова А.В.). По шкале «адаптированность к группе» среднее значение 12, а медиана 13, а показатели по шкале «адаптированность к учебной деятельности» в настоящем исследовании выше: среднее значение 12,1, медиана 13 (в статье Дубовицкой Т.Д. и Крыловой А.В. среднее значение 10,6, а медиана 11), но при этом стандартное отклонение ниже. Таким образом, можно предположить, что показатели адаптации исследуемой выборки находятся на среднем уровне (среднестатистическом).


Таблица 1. Результаты дескриптивного анализа адаптированности студентов первого курса к группе и учебе (составлено авторами)

Описательные статистики

95% доверительный интервал

Среднее

Нижняя

Верхний

Медиана

SD

Адаптированность к учебной группе

12.0

11.7

12.2

13.0

3.39

Адаптированность к учебной деятельности

12.1

11.9

12.3

13.0

3.26

Также был проведен дескриптивный анализ по итогам прохождения студентами первого курса методики «Краткая версия Big Five Inventory‑2». Результаты представлены в таблице 2. Как и в предыдущей методике авторы не опубликовали стандартизированные нормы, поэтому интерпретация будет основываться на сравнении средних значений, полученных в ходе настоящего исследования, и средних, которые получили авторы (Мишкевич А. М., Щебетенко С. А. и Калугин А. Ю.) при адаптации методики.

Таблица 2. Результаты дескриптивного анализа черт личности студентов первого курса по модели «Большая пятерка» (составлено авторами)

Описательные статистики

95% доверительный интервал

Среднее

Нижняя

Верхний

Медиана

SD

Экстраверсия

3.46

3.39

3.52

3.50

0.856

Доброжелательность

3.62

3.57

3.67

3.67

0.701

Добросовестность

3.58

3.52

3.64

3.67

0.820

Нейротизм

2.58

2.51

2.65

2.50

0.963

Открытость опыту

3.74

3.69

3.79

3.83

0.703


По шкалам «экстраверсия», «добросовестность» и «открытость опыту» средние значения и стандартные отклонения почти не отличаются между результатами исследуемой выборки и выборки используемой при адаптации методики - это может свидетельствовать о том, что результаты исследуемой выборки не отличаются выраженностью признаков и имеют среднестатистическое проявление черт экстраверсии, добросовестности и открытости. Результаты исследуемой выборки по шкале «доброжелательность» имеют более высокие (3,62 у исследуемой выборки, 3,43 у выборки при адаптации методики), при этом стандартные отклонения практически равны (0,701/0,67). Это показывает, что в среднем респонденты исследуемой выборки незначительно чаще демонстрируют доброжелательность, чем респонденты из выборки при адаптации методики. Данные по шкале «нейротизм» более значимо отличаются между исследуемой выборкой (2,58) и выборкой при адаптации методики (3,03). Разница в 0,45, при максимальном значении 5 баллов по данной шкале, достаточно ощутимый результат, т.е. студенты из исследуемой выборки гораздо меньше склонны к проявлению негативных эмоций, чем студенты из исследования Мишкевича А. М., Щебетенко С. А. и Калугина А. Ю.

Таким образом, анализ результатов описательной статистики показывает, что характеристики исследуемой выборки достаточно объективны, имеют тенденцию к средним значениям и репрезентативно отражают данные для студенческой выборки.

Для проверки, являются ли черты «Большой пятерки» значимыми предикторами адаптации студентов первого курса к условиям вуза, необходимо применить линейный регрессионный анализ, но предварительно необходимо провести корреляционный анализ для определения, какие именно черты личности «Большой пятерки» будут выступать независимыми переменными. Результаты корреляционного анализа представлены в таблице 3.

Таблица 3. Результаты корреляционного анализа между адаптацией и чертами личности студентов первого курса по модели «Большая пятерка» (составлено авторами)



Экстраверсия

Доброжелательность

Добросовестность

Нейротизм

Открытость опыту

АУД

Пирсон r

0.491***

0.242***

0.454***

-0.517***

0.210***

95% ДИ

0.544; 0.435

0.309; 0.173

0.510; 0.395

-0.462; -0.568

0.278; 0.140

АУГ

Пирсон r

0.577***

0.288***

0.299***

-0.400***

0.152***

95% ДИ

0.623; 0.526

0.353; 0.220

0.364; 0.232

-0.337; -0.459

0.222; 0.081

* АУД – адаптация к учебной деятельности

АУГ – адаптация к учебной группе

**Примечание. * p < .05, ** p < .01, *** p < .001


Корреляционный анализ показал, что взаимосвязь присутствует между всеми переменными, то есть все пять черт «Большой пятерки» связаны с адаптированностью к учебной деятельности и студенческой группе. При этом корреляционные связи имеют значимость на уровне p <0.001, вероятность ошибки крайне мала. Нейротизм отрицательно связан с адаптацией, а экстраверсия, доброжелательность, добросовестность и открытость опыту – положительно. Отличительными характеристиками выявленных корреляций являются размеры эффектов. Наиболее значимая взаимосвязь по размеру эффекта наблюдается между адаптированностью к учебной группе и экстраверсией (r = 0,577, R2 = 0,33) и между адаптированностью к учебной деятельности и нейротизмом (r = - 0,517, R2 = 0,27). Самый маленький размер эффекта - между адаптированностью к учебной группе и открытостью опыту (r = 0,152, R2 = 0,02).

Результаты корреляционного анализа показали, что для применения регрессионного анализа в качестве независимых переменных могут выступать все черты личности «Большой пятерки».

Расчеты регрессионного анализа, где в качестве зависимой переменной выступила «Адаптированность к учебной деятельности», а независимых переменных все черты «Большой пятерки» (результаты представлены в таблице 4), показали достаточно низкую вероятность ошибки модели (p<0.001), а размер дисперсии составил 37,8%, что является достаточно высоким и надежным показателем для статистической модели. Однако одна независимая переменная (доброжелательность), не показала значительного влияния на адаптированность к учебной деятельности (p = 0.267).


Таблица 4. Результаты регрессионного анализа. Зависимая переменная – адаптированность к учебной деятельности (составлено авторами)

Модель 1

Предиктор

Вес

SE

t

p

β

Константа

7.836

0.964

8.13

< .001


Экстраверсия

0.902

0.139

6.50

< .001

0.2367

Добросовестность

0.673

0.146

4.62

< .001

0.1692

Нейротизм

-1.098

0.124

-8.84

< .001

-0.3241

Открытость опыту

0.581

0.141

4.12

< .001

0.1252

Доброжелательность

-0.169

0.152

-1.11

0.267

-0.0363

Примечание: (R2 = 0.378, F = 89, p<0.001)


В связи с чем был произведен повторный регрессионный анализ, но уже с пошаговым включением переменных (таблица 5). Скорректированная модель показала немного меньший размер дисперсии (R2 = 0.376), но ненамного, однако модель стала более устойчивой (весовой показатель константы стал меньше).


Таблица 5. Результаты регрессионного анализа с пошаговым включением переменных. Зависимая переменная – адаптированность к учебной деятельности (составлено авторами)

Модель 2

Предиктор

Вес

SE

t

p

β

Константа

7.386

0.876

8.44

< .001


Нейротизм


-1.078


0.123


-8.77


< .001


-0.318


Экстраверсия

0.878

0.137

6.41

< .001

0.230

Добросовестность

0.643

0.143

4.49

< .001

0.162

Открытость опыту

0.575

0.141

4.08

< .001

0.124

Примечание: (R2 = 0.376, F = 111, p<0.001)


Для определения влияния черт «Большой пятерки» на «Адаптированность к учебной группе», как второго элемента, характеризующего адаптацию студентов к условиям вуза, также применялся регрессионный анализ. Корреляционный анализ показал, что для расчетов можно использовать все черты модели «Большой пятерки». Результаты расчетов представлены в таблице 6.


Таблица 6. Результаты регрессионного анализа. Зависимая переменная – адаптированность к учебной группе (составлено авторами)

Модель 1

Предиктор

Вес

SE

t

p

β

Константа

5.849

1.019

5.741

< .001


Экстраверсия

1.941

0.146

13.256

< .001

0.4902

Добросовестность

-0.213

0.154

-1.383

0.167

-0.0515

Нейротизм

-0.585

0.131

-4.458

< .001

-0.1661

Открытость опыту

0.118

0.149

0.793

0.428

0.0245

Доброжелательность

0.339

0.160

2.111

0.035

0.0700

Примечание: (R2 = 0.358, F = 81.5, p<0.001)


В данном случае модель также показала достаточно низкую вероятность ошибки (p<0.001), а размер дисперсии составил 35,8%. Однако из пяти черт «Большой пятерки» две не показали значительного влияния (добросовестность и открытость опыту) на адаптированность к учебной группе (p = 0.167; p = 0.428), а доброжелательность имеет не очень высокий уровень значимости (p = 0.035). В связи с чем также был произведен повторный регрессионный анализ, но уже с пошаговым включением переменных (таблица 7).


Таблица 7. Результаты регрессионного анализа с пошаговым включением переменных. Зависимая переменная – адаптированность к учебной группе (составлено авторами)

Модель 2

Предиктор

Вес

SE

t

p

β

Константа

6.567

0.675

9.73

< .001


Экстраверсия

1.980

0.134

14.77

< .001

0.500

Нейротизм

-0.563

0.119

-4.73

< .001

-0.160

Примечание: (R2 = 0.352, F = 200, p<0.001)


Скорректированная модель показала размер дисперсии R2 = 0.352, но при этом были исключены три черты, которые в итоге не показали значимого влияние на адаптированность студентов к учебной группе (доброжелательность, добросовестность, открытость опыту), а надежность модели определяется влиянием экстраверсии и нейротизма.

Обсуждение

Полученные результаты показали достаточно интересную картину: с одной стороны, корреляционный анализ доказал, что черты личности по модели «Большая пятерка» связаны с адаптацией к условиям вуза, с другой стороны, при помощи регрессионного анализа был уточнён вклад каждой черты в адаптированность к учебной деятельности и к учебной группе, в результате чего некоторые переменные были исключены из регрессионных моделей.

Регрессионный анализ для зависимой переменной «Адаптированность к учебной деятельности» показал, что доброжелательность не влияет на то, как студенты первого курса адаптируются к учебному процессу, при этом наиболее значимым предиктором выступил нейротизм, то есть чем меньше студентам свойственно зацикливаться на негативных эмоциях, чем более они эмоционально стабильны, тем лучше проходит адаптация к учебной деятельности. Оставшиеся три черты личности (экстраверсия, добросовестность и открытость опыту) также показали значимое влияние на адаптированность к учебной деятельности, не такое сильное как нейротизм, но их весовые значения также можно учитывать при прогнозировании адаптационного процесса у студентов первого курса. Это свидетельствует о том, что студенты, которым свойственны любопытство, интерес к новым знаниям и событиям, более внимательное отношение к поставленным задачам, а главное общительность и ориентация на внешний мир, лучше справляются с адаптацией к условиям университета, в частности к учебной деятельности.

Расчеты регрессионного анализа для зависимой переменной «Адаптированность к учебной группе» показали немного другую картину. Адаптация к учебной группе не зависит от доброжелательности, добросовестности и открытости опыту. Если вдумчивое и ответственное выполнение поставленных задач и интерес к новым знаниям и ситуациям вполне логично не влияет значимо на адаптированность к учебной группе, то отсутствие значимого влияния доброжелательности по отношению к окружающим и готовности к сотрудничеству на адаптацию к учебной группе вызывает сложности с интерпретацией. Вполне возможно, что это обусловлено сильным влиянием экстраверсии на адаптацию к учебной группе, которая проявляется в ориентации на общение, стремлении к коммуникации с другими людьми, активности и энергичности, которые гораздо лучше способствуют адаптации к учебной группе, чем доброжелательное отношение к окружающим; по-видимому, такого отношения недостаточно для комфортного общения с одногруппниками. Вторым качеством, показавшим значимое влияние на адаптацию к учебной группе, является нейротизм, однако в данном случае он не имеет такого сильного влияния.

Таким образом, можно констатировать, что выдвинутую гипотезу можно считать подтверждённой: черты «Большой пятерки» являются значимыми предикторами адаптации студентов первого курса к учебной деятельности и студенческой группе (1). Но особенности влияния этих черт на адаптацию, конкретизированные в частных гипотезах, в процессе эмпирического исследования были скорректированы.

Нейротизм оказал значимое влияние и на адаптацию студентов к учебной группе, что вполне ожидаемо, но он также является значимым предиктором адаптации к учебной деятельности. Это означает, что эмоциональное состояние является важным инструментом успешной адаптации к учебе. Гипотеза 1а подтвердилась частично. Гипотеза 1б в исходном варианте требует уточнения, истинным оказалось предположение о влиянии экстраверсии по отношению к адаптации к учебной группе, а не доброжелательности (последняя, вопреки ожиданиям, не показала значимого вклада). С другой стороны, добросовестность почти никак не влияет на адаптацию к учебной группе, а экстраверсия является значимым предиктором адаптации к учебной деятельности. Это может свидетельствовать о том, что адаптация к группе в значительной степени обусловлена не доброжелательностью отношений внутри группы, а ориентацией на коммуникацию или на мнение окружающих. Третья частная гипотеза (1в), в которой выдвигалось предположение, что добросовестность и открытость опыту положительно влияют на адаптацию к учебной деятельности, но не определяют адаптацию к учебной группе, оказалась верной, то есть внимательное отношение к выполняемым задачам и внешним требованиям, а также устойчивость интереса являются важной составляющей успеха в учебной деятельности, но никак не влияют на успешность адаптации в студенческой группе.

Ограничения исследования.

Стоит отметить, что полученные результаты исследования необходимо рассматривать в контексте его методологических и эмпирических границ. В частности, авторы не конкретизируют и не обосновывают различия между пятифакторной моделью личности и моделью «Большая пятерка» [14], а используют данные понятия как синонимы. Также необходимо отметить, что исследование проводилось только на студентах московских вузов и, возможно, не отражает специфики обучающихся в других регионах. Еще одно ограничение данного исследования, которое необходимо отметить – это отсутствие рандомизации. Психологическое тестирование было добровольным, и результаты получены только на выборке студентов, захотевших проходить тестирование. Возможно, это могло повлиять на итоговые результаты, так как обучающиеся, не участвовавшие в исследовании, обладают теми чертами личности, которые обуславливают отказ от прохождения диагностики и, тем самым, имеют специфику в адаптации к условиям вуза. Перечисленные ограничения требуют дальнейшего, более детального изучения и анализа.

Заключение

Проведённое эмпирическое исследование подтвердило выдвинутую общую гипотезу о том, что черты личности в рамках модели «Большая пятерка» выступают значимыми предикторами адаптации студентов первого курса к условиям вуза, но при этом по-разному влияют на её ключевые составляющие – адаптированность к учебной деятельности и адаптированность к учебной группе. Полученные результаты уточняют и расширяют представления о прогностическом потенциале пятифакторной модели в образовательном контексте.

Диагностика черт личности студентов первого курса позволит выстроить прогностическую модель их адаптации к условиям вуза. Высокая адаптированность к учёбе прогнозируется при низком нейротизме в сочетании с выраженными экстраверсией, добросовестностью и открытостью опыту, а успешность адаптации к студенческой группе зависит от высокого уровня экстраверсии и умеренно низкого нейротизма.

Практическая значимость работы заключается в обосновании мишеней психолого-педагогического сопровождения студентов первого курса. Программы поддержки первокурсников должны учитывать не только когнитивные и организационные факторы (добросовестность, открытость), но и эмоциональную регуляцию (нейротизм), а также коммуникативные ресурсы (экстраверсию).




Статья публикуется в одобренном рецензентами варианте (после получения положительной рецензии, рекомендующей рукопись к публикации) с исправлениями автора (внесенными им после получения замечаний редактора, если такие были). Рецензия опубликована в открытом доступе непосредственно за текстом самой статьи. Все варианты авторских исправлений хранятся в депозитарии издательства и могут быть доступны по требованию уполномоченных организаций.
Прочитать рецензию на эту статью

Библиография
1. Авдеюк О. А., Асеева Е. Н., Тарасова И. А. Проблема адаптации студентов к условиям вуза и помощь преподавателя в ее решении // В мире научных открытий. 2011. № 4-1(16). С. 405-409. EDN: OPOLXR.
2. Апробация краткой и сверх-краткой версий вопросника Big Five Inventory-2: BFI-2-S и BFI-2-XS / А. М. Мишкевич, С. А. Щебетенко, А. Ю. Калугин, Сото К. Дж., Джон О. П. // Психологический журнал. 2022. Т. 43, № 1. С. 95-108. DOI: 10.31857/S020595920017744-4. EDN: XVJIEK.
3. Воронкова О. В. Наука как важнейший социальный институт // Перспективы науки. 2010. № 12(14). С. 5-7. EDN: OXDVIF.
4. Гапонова С. А. Особенности адаптации студентов вузов в процессе обучения // Психологический журнал. 1994. Т. 15, № 3. С. 131-135. EDN: VWJYYT.
5. Гулин А. В., Красичков Д. В., Левашов Р. В. Особенности психофизиологических показателей организма студентов высшего учебного заведения в процессе обучения // Вестник Авиценны. 2007. № 4. С. 91-98. EDN: NTOQLC.
6. Дубовицкая Т. Д., Крылова А. В. Методика исследования адаптированности студентов в вузе // Психологическая наука и образование. 2010. № 2. С. 1-12. URL: https://psyjournals.ru/journals/psyedu/archive/2010_n2/27814 (дата обращения: 23.04.2026).
7. Жизнестойкость личности и факторы "Большой пятерки" / М. И. Постникова, В. И. Пищик, Н. В. Сиврикова, А. В. Микляева // Национальный психологический журнал. 2024. Т. 19, № 2. С. 121-130. DOI: 10.11621/npj.2024.0210. EDN: IDIMZY.
8. Леньков С. Л., Рубцова Н. Е. Вариативность личностного и профессионального развития психологов // Психолого-педагогический поиск. 2022. № 1(61). С. 143-159. DOI: 10.37724/RSU.2022.61.1.013. EDN: HWXKVM.
9. Носкова О. Г. Научные подходы в современной российской психологии: итоги и перспективы анализа // Психологический журнал. 2025. Т. 46, № 1. С. 119-122. DOI: 10.31857/S0205959225010133. EDN: ROAAZL.
10. Сапрыкина Т. А. О переходе "Школа-вуз": предикторы успеваемости студентов-первокурсников // Высшее образование в России. 2017. № 6. С. 76-87. EDN: YSYXQJ.
11. Седин В. И., Леонова Е. В. Адаптация студента к обучению в вузе: психологические аспекты // Высшее образование в России. 2009. № 7. С. 83-89. EDN: KUDBHD.
12. Шерешкова Е. А. Жизнеспособность и социально-психологическая адаптация студентов к образовательной среде вуза // Перспективы науки и образования. 2023. № 5(65). С. 549-565. DOI: 10.32744/pse.2023.5.32. EDN: XGSCOX.
13. Asendorpf J. B., Wilpers S. Personality effects on social relationships // Journal of Personality and Social Psychology. 1998. Vol. 74. P. 1531-1544. DOI: 10.1037/0022-3514.74.6.1531. EDN: GXURDZ.
14. Borkenau P., Ostendorf F. Comparing exploratory and confirmatory factor analysis: a study on the five-factor model of personality // Personality and Individual Differences. 1990. Vol. 11. P. 515-524.
15. Fleeson W., Gallagher P. The implications of Big Five standing for the distribution of trait manifestation in behavior: fifteen experience-sampling studies and a meta-analysis // Journal of Personality and Social Psychology. 2009. Vol. 97, No. 6. P. 1097-1114. DOI: 10.1037/a0016786.
16. Guest O., Martin A. E. How computational modeling can force theory building in psychological science // Perspectives on Psychological Science. 2021. Vol. 16, No. 4. P. 789-802. DOI: 10.1177/1745691620970585. EDN: HZXAIU.
17. Poropat A. A Meta-analysis of the Five-Factor Model of personality and academic performance // Psychological Bulletin. 2009. Vol. 135. P. 322-338. DOI: 10.1037/a0014996. EDN: MMODHV.
18. Richardson M., Abraham C., Bond R. Psychological correlates of university students' academic performance: a systematic review and meta-analysis // Psychological Bulletin. 2012. Vol. 138, No. 2. P. 353-387. DOI: 10.1037/a0026838.
19. Thalmayer A., Saucier G., Rotzinger J. Absolutism, relativism and universalism in personality traits across cultures: the case of the Big Five // Journal of Cross-Cultural Psychology. 2022. Vol. 53. P. 935-956. DOI: 10.1177/00220221221111813. EDN: TTOZMY.
20. The Relationship between personality traits, academic self-efficacy and academic adaptation among university students in Jordan / M. Abood, B. Alharbi, F. Mhaidat, A. Gazo // International Journal of Higher Education. 2020. Vol. 9, No. 3. P. 120. DOI: 10.5430/ijhe.v9n3p120. EDN: RGQNMR.
21. Wilmo M., One D. Agreeableness and its consequences: a quantitative review of meta-analytic findings // Personality and Social Psychology Review. 2022. Vol. 26. P. 242-280. DOI: 10.1177/10888683211073007. EDN: RGMDXH.
22. Zanon C., Araújo A., Hutz C. The relevance of the Big Five model to students' adaptation to the academic environment // Psico. 2019. Vol. 50, No. 4. Article e31599. DOI: 10.15448/1980-8623.2019.4.31599.
23. Zell E., Lesick T. Big Five personality traits and performance: a quantitative synthesis of 50+ meta-analyses // Journal of Personality. 2021. Vol. 89, No. 6. P. 1152-1176. DOI: 10.1111/jopy.12683. EDN: HIHXOI.
References
1 . Avdeyuk, O. A., Aseeva, E. N., & Tarasova, I. A. (2011). The problem of student adaptation to university conditions and teacher assistance in its solution. In The World of Scientific Discoveries, 4-1(16), 405-409. EDN: OPOLXR.
2 . Mishkevich, A. M., Shchebetenko, S. A., Kalugin, A. Y., Soto, K. D., & John, O. P. (2022). Testing of short and ultra-short versions of the Big Five Inventory-2: BFI-2-S and BFI-2-XS. Psychological Journal, 43(1), 95-108. https://doi.org/10.31857/S020595920017744-4. EDN: XVJIEK.
3 . Voronkova, O. V. (2010). Science as a major social institution. In Prospects of Science, 12(14), 5-7. EDN: OXDVIF.
4 . Gaponova, S. A. (1994). Features of student adaptation in the learning process. Psychological Journal, 15(3), 131-135. EDN: VWJYYT.
5 . Gulin, A. V., Krasichkov, D. V., & Levashov, R. V. (2007). Features of psychophysiological indicators of higher education students during the learning process. Bulletin of Avicenna, 4, 91-98. EDN: NTOQLC.
6 . Dubovitskaya, T. D., & Krylova, A. V. (2010). Methodology for studying the adaptability of students in higher education institutions. Psychological Science and Education, 2, 1-12. Retrieved from https://psyjournals.ru/journals/psyedu/archive/2010_n2/27814
7 . Postnikova, M. I., Pishchik, V. I., Sivrikova, N. V., & Miklyaeva, A. V. (2024). Resilience of personality and Big Five factors. National Psychological Journal, 19(2), 121-130. https://doi.org/10.11621/npj.2024.0210. EDN: IDIMZY.
8 . Len'kov, S. L., & Rubtsova, N. E. (2022). Variability of personal and professional development of psychologists. Psychological and Pedagogical Search, 1(61), 143-159. https://doi.org/10.37724/RSU.2022.61.1.013. EDN: HWXKVM.
9 . Noskova, O. G. (2025). Scientific approaches in modern Russian psychology: results and prospects of analysis. Psychological Journal, 46(1), 119-122. https://doi.org/10.31857/S0205959225010133. EDN: ROAAZL.
10 . Saprykina, T. A. (2017). On the transition from "School to University": predictors of academic performance of first-year students. Higher Education in Russia, 6, 76-87. EDN: YSYXQJ.
11 . Sedin, V. I., & Leonova, E. V. (2009). Student adaptation to learning in higher education: psychological aspects. Higher Education in Russia, 7, 83-89. EDN: KUDBHD.
12 . Shereshkova, E. A. (2023). Viability and socio-psychological adaptation of students to the educational environment of the university. Prospects of Science and Education, 5(65), 549-565. https://doi.org/10.32744/pse.2023.5.32. EDN: XGSCOX.
13 . Asendorpf, J. B., & Wilpers, S. (1998). Personality effects on social relationships. Journal of Personality and Social Psychology, 74, 1531-1544. https://doi.org/10.1037/0022-3514.74.6.1531. EDN: GXURDZ.
14 . Borkenau, P., & Ostendorf, F. (1990). Comparing exploratory and confirmatory factor analysis: a study on the five-factor model of personality. Personality and Individual Differences, 11, 515-524.
15 . Fleeson, W., & Gallagher, P. (2009). The implications of Big Five standing for the distribution of trait manifestation in behavior: fifteen experience-sampling studies and a meta-analysis. Journal of Personality and Social Psychology, 97(6), 1097-1114. https://doi.org/10.1037/a0016786.
16 . Guest, O., & Martin, A. E. (2021). How computational modeling can force theory building in psychological science. Perspectives on Psychological Science, 16(4), 789-802. https://doi.org/10.1177/1745691620970585. EDN: HZXAIU.
17 . Poropat, A. (2009). A meta-analysis of the Five-Factor Model of personality and academic performance. Psychological Bulletin, 135, 322-338. https://doi.org/10.1037/a0014996. EDN: MMODHV.
18 . Richardson, M., Abraham, C., & Bond, R. (2012). Psychological correlates of university students' academic performance: a systematic review and meta-analysis. Psychological Bulletin, 138(2), 353-387. https://doi.org/10.1037/a0026838.
19 . Thalmayer, A., Saucier, G., & Rotzinger, J. (2022). Absolutism, relativism, and universalism in personality traits across cultures: the case of the Big Five. Journal of Cross-Cultural Psychology, 53, 935-956. https://doi.org/10.1177/00220221221111813. EDN: TTOZMY.
20 . Abood, M., Alharbi, B., Mhaidat, F., & Gazo, A. (2020). The relationship between personality traits, academic self-efficacy, and academic adaptation among university students in Jordan. International Journal of Higher Education, 9(3), 120. https://doi.org/10.5430/ijhe.v9n3p120. EDN: RGQNMR.
21 . Wilmo, M., & One, D. (2022). Agreeableness and its consequences: a quantitative review of meta-analytic findings. Personality and Social Psychology Review, 26, 242-280. https://doi.org/10.1177/10888683211073007. EDN: RGMDXH.
22 . Zanon, C., Araújo, A., & Hutz, C. (2019). The relevance of the Big Five model to students' adaptation to the academic environment. Psico, 50(4), Article e31599. https://doi.org/10.15448/1980-8623.2019.4.31599.
23 . Zell, E., & Lesick, T. (2021). Big Five personality traits and performance: a quantitative synthesis of 50+ meta-analyses. Journal of Personality, 89(6), 1152–1176. https://doi.org/10.1111/jopy.12683. EDN: HIHXOI.

Результаты процедуры рецензирования статьи

Рецензия выполнена специалистами Национального Института Научного Рецензирования по заказу ООО "НБ-Медиа".
В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов можно ознакомиться здесь.

Предмет исследования: черты личности «Большая пятерка» как предиктор адаптации студентов первого курса к условиям вуза.
Методология исследования соотносится с содержанием проведенного исследования. В качестве теоретической основы автором используется модель «Большая пятерка», представленная в исследованиях, начатых Г. Олпортом и Р. Кеттеллом.
Актуальность исследования связана с необходимостью в определенных ситуациях прогнозировать поведение субъекта, его состояние, его развитие и т.д. В связи с этим важной задачей в науке и практике выступает определение переменных (феноменов), обладающих объяснительной и предсказательной силой в отношении конкретных психологических феноменов. Особо значимым является имеющийся прогностический потенциал «Большой пятерки». Необходимость прогнозирования и объяснения проявлений личности также соотносится с определением факторов, влияющих на успешность адаптации первокурсников к образовательному пространству вуза и в дальнейшем успеваемость в целом. Таким образом, понимание качества личностных черт и определение их характера влияния на содержание адаптации позволит оценить значимость пятифакторной модели для прогноза студенческой адаптации, определить аспекты психолого-педагогического сопровождения первокурсников.
Научная новизна исследования. В отечественной науке не представлено работ, связывающих черты «Большой пятёрки» с адаптацией студентов первого курса, с разделением показателей на учебную и социальную адаптации. А в настоящем исследовании представлено содержание данной корреляции.
Стиль, структура и содержание полностью соответствуют научным эмпирическим исследованиям.
Библиография представлена в очень представительском объеме и содержании. Имеет актуальный и доказательный характер.
Апелляция к оппонентам. Представлено достаточно полное эмпирическое исследование, которое необходимо рассматривать в ограниченном контексте (в частности, пятифакторная модель личности и модель «Большая пятерка» соотносятся в аналоговом контексте). В качестве ограничения выступает специфика выборки испытуемых. Однако данное исследование можно проводить и на других социально-культурных выборках, что позволит верифицировать приложение модели "большой пятерки" для понимания характера влияния личностных черт на проявления успеваемости, активности и пр. Данные ограничения не умаляют значимости проведенной работы.
Выводы и интерес для читательской аудитории. Представленное исследование была направлено на определение прогностического потенциала модели черт «Большая пятерка» для прогнозирования адаптации студентов первого курса к условиям вуза. Полученные результаты подтвердили выдвинутую общую гипотезу о том, что черты личности в рамках модели «Большая пятерка» выступают значимыми предикторами адаптации студентов первого курса к условиям вуза, но при этом по-разному влияют на её ключевые составляющие – адаптированность к учебной деятельности и адаптированность к учебной группе. Полученные результаты уточняют и расширяют представления о прогностическом потенциале пятифакторной модели в образовательном контексте. Построение психолого-педагогического сопровождения студентов первого курса должно быть основано на когнитивных и организационных факторах (добросовестность, открытость), эмоциональной регуляции (нейротизм), коммуникативных ресурсах (экстраверсии).

Полный текст рецензии на сайте
Национального Института Научного Рецензирования

QR код для проверки
подлинности рецензии

QR-код